— Я могу дать тебе столько денег, сколько ты в жизни своей не только в руках не держала, но и даже глазами не видела.
— Я обозначила свою цену. Если считаешь, что после меня сможешь взглянуть на кого-то другого — жестоко ошибаешься. Жаль, что ты всего лишь трус, что из-за ущемленного мужского эго так и не вкусит то, чего так отчаянно желает... другая, более искренняя твоя часть.
Указательным пальцем касаюсь бугорка в штанах, после чего отпиваю немного янтарного виски из бокала мужчины и с одобрением поднимаю брови: вкус у него есть не только по отношению к противоположному полу. И, словно игнорируя его существование, отворачиваюсь и удаляюсь прочь, к гардеробу.
Пора домой, раз уж последняя смена в этой обители разврата отработана.
Оборачиваюсь на звуки шагов позади... и замечаю посреди коридора пару обдолбанных, один из которых цокает языком и подзывает к себе.
— Prawdziwy sukinsyn (польск.: настоящий сукин сын), — сквозь зубы злобно шиплю на него и, не дожидаясь трудящегося в гардеробе младшего отпрыска Арифа (которого со снюсом в туалете вижу чаще, чем на рабочем месте), хватаю куртку и бегу сквозь ливень к прибывшему такси.
Уже дома меня осенило двумя открытиями чудовищного масштаба.
Первое — кожанка оказалась не моя, всего лишь похожая.
Второе — во внутреннем кармане нашлась флешка с содержанием настолько же любопытным, насколько и опасным.
Визуал — Бара (1)
Автор приостановил выкладку новых эпизодов