— Не было! — горячо заверила Анна.
— В таком случае остается вот какой вариант. Твой самолет ведь приземлился за пару минут до моего?
— Да.
— И ты говоришь, тебя никто не ждал у выхода с посадки? Помнится, ты упоминала, что заметила мистера Эдвардса с табличкой «Утопии», когда он ждал меня, и обратилась прямо к нему. Тебе показалось, что недоразумение тем самым разъяснилось.
— Да, это было облегчение, потому что я была страшно рассержена. У меня зуб на «Утопию», и, поверьте, менеджер пожалеет о своем халатном отношении к делу. В брошюре сказано, что каждому гостю положен личный транспорт!
— Так вот, — продолжала Сара, словно этой возмущенной тирады и не было, — получается, что ты не была частью плана и попала в переделку из-за неудачного стечения обстоятельств. Тем не менее, если дом взлетит на воздух, вместе с нами погибнешь и ты.
— Но я ни в чем не виновата!
— А мы, выходит, виноваты? — спросила Кэрри с едкой иронией.
— Ну, не знаю…
— Ах, не знаешь! Тогда почему противопоставляешь себя нам? По-твоему, мы заслуживаем смерти?
— Не знаю, — упрямо повторила Анна. — Я только думаю, что свести человека с ума не просто. Должно быть, ты серьезно навредила сестре, раз она теперь в таком состоянии. Что касается Сары, возможно, ты дала максимальный срок человеку, который вообще не заслуживал наказания!
Надежды Кэрри на то, что эта женщина возьмется за ум, окончательно испарились. Анна не желала спускаться с небес на землю.
— Не понимаю, зачем мистер Эдвардс забрал меня сюда! — возмущалась она.
— Да потому что ты теперь знаешь его в лицо, — объяснила Кэрри. — И как тебе удавалось вести дело? Ты беспросветно глупа.
— А ты плохо воспитана, — парировала Анна, приняла настолько изящную позу, насколько позволяла связанная рука, и занялась своим кофе.
— Плохое воспитание лучше пустой головы!
— Дамы, дамы, не ссорьтесь, — вмешалась Сара. — Это не поможет нам спастись. Анна, Кэрри права, киллеры не оставляют свидетелей. Ты видела его, знала обо мне и, если бы добралась до курорта, первым делом подняла бы шум насчет не высланной за тобой машины… А интересно, в самом деле, посылали они за нами машины или нет? Думаю, нет, иначе о нас уже наводились бы справки.
— В дело вмешалась бы полиция, тебя попросили бы описать похитителя, ты бы это сделала, и заварилась бы каша, — добавила Кэрри, выходя из недовольного молчания.
— Еще ты могла бы навести полицию на след, объяснив, куда именно нас повезли, — сказала Сара.
Она умолкла, поморгала и неожиданно усталым жестом провела по морщине на лбу.
— Только это бы нам не помогло… наверняка Эдвардс придумал название прямо на ходу… ведь это должен быть прирожденный лгун.
— Название не выдумано, — заметила Анна.
Сара и Кэрри уставились на нее.
— Когда мы въезжали в ворота, мне бросилась в глаза красивая медная табличка со словами «Два озера». У меня было время ее разглядеть, потому что ворота открывались дистанционно. В этом Эдвардс не лгал.
— Ты наблюдательна, — сказала Сара с одобрением.
— Как всякий бизнесмен. — Анна бросила косой взгляд на Кэрри. — Только мы не можем никому сообщить, где нас прячут.
— Я уже сообщила! — воскликнула Кэрри.
— То есть как это? Когда?
— Из аэропорта я звонила племяннице. Эдвардсу я сказала, что мобильный телефон у меня в саквояже, забыв, что переложила его в карман. В туалете я об этом вспомнила, позвонила, но попала на автоответчик и оставила сообщение, в котором кратко описала ситуацию. Господи, если бы я только знала! Болтала все больше о знаменитостях, которые тут останавливались, по словам Эдвардса… он, должно быть, хорошо изучил предмет! — Глаза ее наполнились слезами. — Он и нас изучил лучше некуда, потому и кормил всю дорогу рассказами один другого красочнее! Знал, что мне это вскружит голову. Что я бестолочь! Так глупо подставиться! Просто стыд и срам!
— Не казнись так, мы тоже проглотили его рассказы, не поморщившись, — сказала Сара со вздохом. — А названия ты, случайно, не упоминала?
— Упоминала. Вопрос в том, дошла ли эта информация до Эвери. Если к тому времени она уже выехала в аэропорт, то могла и не прослушать автоответчик. Может, она уже в руках Эдвардса!
— Это вряд ли, — утешила Сара, потрепав всхлипнувшую Кэрри по руке. — В таком случае она была бы здесь, с нами. Не думаю, что у этих двоих на каждом километре по логову. Кстати, не ее ли выслеживает эта сладкая парочка? Может, только поэтому мы…
— Что? — спросила Анна, когда она помедлила.
— Еще живы.
— Совсем не поэтому! — заспорила она. — Может, нас вообще не собираются убивать, а только хотят попугать немного! Иначе зачем нам оставили еду? На таких запасах можно долго продержаться!
— Как раз наоборот. Никто нам еду не оставлял, она вообще к нам не относится. Это какие-то старые запасы, и тот факт, что они не изъяты, кажется мне тревожным.
Кэрри до сих пор так не казалось, но, поразмыслив над словами Сары, она вынуждена была признать ее правоту.
— Они не стали затрудняться, потому что это не важно. Какая разница, сыты мы или голодаем, если дом все равно скоро будет взорван? Вода, кстати, тоже не отключена. Надо отсюда убираться! — Она спрятала лицо в ладони, шепча: — Надо предупредить Эвери раньше, чем они до нее доберутся… кто знает, что на уме у ее помешанной мамаши… она может…
— Кэрри! — строго произнесла Сара. — Не забивай голову жуткими картинами! Сосредоточься на поисках выхода!
— Я готова сотрудничать, — заявила Анна, выпрямляясь на стуле, — но только в том случае, если вы двое признаете, что я не имею с этим ничего общего. Я хочу это слышать.
— Что «это»? — Кэрри отняла от лица ладони.
— Что я ни в чем не виновата.
Отсюда следовало, что Кэрри с Сарой виноваты. Это была довольно известная позиция: «Я лучше вас». Тоже, нашлась святая невинность! Кэрри собралась это высказать, но поймала взгляд Сары и в который уже раз промолчала. В конце концов, какая разница, что сказать этой дурочке? Главное, чтобы это подтолкнуло ее к разумным поступкам.
— Ты ни в чем не виновата, — тем временем провозгласила Сара.
— Да, ты не виновата ни в чем, — поддержала Кэрри, мысленно скрежеща зубами.
— А вот тебе не мешает искупить вину перед сестрой. Кэрри почувствовала, что ненавидит эту женщину лютой ненавистью, но опять придержала язык. Проповедь продолжалась.
— В жизни нет ничего важнее родственных связей, как кровных, так и тех, что перед Богом. Взять хоть меня и Эрика. Что может быть чудеснее, чем родное плечо в годину испытаний? Поистине мне повезло! Эрик обожает меня, он готов целовать землю, по которой я хожу! — Разволновавшись, Анна повернулась к Саре. — В самом деле, мое исчезновение н е пройдет незамеченным! Эрик поднимет тревогу. Когда я Уезжала на курорт, он обещал звонить каждый день, и хотя я пыталась объяснить, что во время процедур к телефону не зовут и что он может только зря потратить время, он сказал, что не уснет, не поговорив со мной. Теперь видите, как он ко мне относится? Он сделает все, чтобы разыскать меня. Нам достаточно просто подождать. Эрик заставит полицию прочесать весь штат!
— Это займет некоторое время, — едко заметила Кэрри. — Может, и месяц.
Сара подняла на нее бровь за такую очевидную неспособность держать себя в руках и обратилась к Анне:
— Вашему браку можно только позавидовать.
— Да, Бог не обидел меня семейным счастьем! — сказала Анна отчего-то с вызовом. — Эрик не оставит меня в беде.
— В этом никто не сомневался, но не лучше ли и самим принять какие-то меры к спасению? Колорадо — крупный штат.
— Возможно, ты в чем-то права. Под лежачий камень вода не течет. Ну хорошо! — Анна принялась развязывать телефонный провод, державший ее левую руку на подлокотнике. — Что от меня требуется? Не знаю, насколько я могу быть полезной после долгой болезни, от которой едва оправилась. Я, видите ли, не всегда так истощена и слаба. Но и в таком состоянии человек на что-то годится. К примеру, я отлично готовлю. Могу быть поваром.