Не став мудрить ни с одеждой, ни с прической, я живо оделась и, заплетя косу, спустилась в кухню. Нет, все же башня приложила руку или что там у нее есть, к моему выздоровлению. На столе исходила паром похлебка с протертыми овощами, травяной настой явно из успокоительных трав дразнил пряными ароматами. Ни мяса, ни сыра, ни хлеба. Заботится, чтоб ее.
Похолодев от одной мысли о моей заветной комнате, я с трудом проглотила похлебку и выпила настой, еда уже не лезла в горло, однако надо соблюдать спокойствие и отрешенность, которые всегда наступают после вот таких показательных проявлений непослушания. Я нашла в себе силы не только встать из-за стола, но даже пройти в библиотеку и словно тут только вспомнить о книгах, которые читала перед таким недальновидным выбриком, с чувством выполненного долга, вернуться в зеркальную комнату. К счастью комната оказалась на своем месте и как всегда, вычищенная до блеска: ни пустых бутылок из-под выпитого вина, ни валяющихся кубков. Чувствуя, как отлегло от сердца, я на ватных ногах доползла до кресла и свалилась в него кулем. Силы покинули мое тощенькое тельце. Облегченно выдохнув, я закрыла лицо руками, пытаясь собраться воедино. Каждый раз я ждала подлости от башни, боялась очередного разочарования.
тут же услышала какой-то стон, что ли. Округлив глаза от подступившего к горлу ужаса, я поспешно подняла голову и воззрилась в стоящее напротив зеркало. Оно снова оказалось активированным. В очередной раз я покрылась липким противным холодным потом с ног до головы. Неужели тому магу удалось восстановить разрушенные мной плетения? И знает ли об этом принц Фадор? И где он сам? Не став на этот раз особо таиться, я потянулась к поверхности, но с расчетом привлечь внимание, а не снова убрать активацию. Едва моя рука оказалась в миллиметре от зеркальной глади, раздался тихий мелодичный звон. Так и не сумев восстановить на лице выражение легкого любопытства, оно явно было ошарашенным донельзя, я, приоткрыв рот, смотрела на ... можно сказать привидение, вставшее с огромным трудом с кровати, хорошо не на четвереньки. На принца, тело, а по-другому и не скажешь, походило мало. Может немного одеждой, хотя он явно в ней спал и не одни сутки. Симпатичное мужское лицо превратилось в опухшую, помятую маску, волосы всклокочены, торчат во все стороны, одежда в беспорядке и расхристана на груди, рубашка непонятного цвета и пятнами, помятые штаны и полное отсутствие сапог. Без дрожи не взглянешь. Да, что делает с людьми бесконтрольное употребление спиртных напитков разной крепости. Подобным образом частенько выглядел и мой братец, но тогда я оправдывала его невоздержание чересчур большими трудностями на тропе правления. Однако в первое свое появление мне на глаза принц выглядел вполне презентабельно. Видимо нужда в разговоре подхлестнула его выглядеть приличнее теперешнего вида. Так вот как смотрится настоящее похмелье в исполнении Фадора. Однако.
- Ты сколько дней пил? - В моей душе проснулась гневная мамаша. Смотреть на принца было страшно. - Голова не болит? Может добить из сострадания?
- Варга?! - Низкий, охрипший голос принца плохо ему повиновался. С трудом сглотнув комок, Фадор провел языком по растрескавшимся губам и недоуменно прищурился, стараясь сфокусироваться на зеркале.
- Я изменилась? - Вздернула бровь. Видеть принца в подобном состоянии оказалось неприятно и противно. Совсем расклеился. Надеюсь не из-за меня? Хотя с чего это? Мы знакомы всего ничего, да и раньше он как-то производил впечатление человека рассудительного и здравомыслящего, по моим ощущениям, которые только что подверглись настоящему сомнению. - Я, кажется, говорила, пьянство не доводит до добра. Мне пройти к тебе и накостылять?
- А ты сможешь? - В заплетающемся голосе послышалось удивление.
- Ради такого постараюсь. Приведением пройду. - Сухо, стараясь скрыть эмоции, произнесла я, в упор глядя на принца.
Дырку не просверли, - Фадор видимо начал приходить в себя, раз проявил раздражение. Страдальчески поморщившись, он со стоном рухнул в кресло, стоящее у него за спиной.