- Ага, и он будет меня искать по всем странам, дабы постараться внести качественно новые изменения в рисунок моей судьбы. - Фадор закатил глаза, представив подобную картину.
- Точно, жениться явно не дадут. А чем не отмазка? - Я нахально улыбнулась, подмигнув принцу.
- Кто ж с тобой разговаривать-то будет? - Фадор тоже оказался не лыком шит и тут же надавил на мои слабости.
- Умеешь девушку на место поставить, - я трагично приложила руки к груди, закатив глазки к потолку. - Найдем другое средство, без таких побочных эффектов. Зато отравить никто не сможет.
- Правда? - На лице принца проступило размышление.
- Правда, - я утвердительно кивнула, - проверено на себе. Да, на девушек и женщин действует иначе. Не проверяй, потом тоже будешь бегать по всем государствам - прятаться от любвеобильных дамочек.
- Такое приворотное?
- Да нет, скорее повышающее либидо у слабого пола. - Пожала я плечами, вспомнив о последствиях.
- Погоди, ты проверяла на себе и как? - Черные глаза принца загорелись в предвкушении скабрезностей на мой счет.
- Дурак, мне только десять исполнилось. В то время мне не до либидо было. - Я широко улыбалась, видя, как, на лице мужчины расцветает разочарование. - Все вы одинаковые. Даже братца проняло, когда я рассказала о побочных сторонах зелья. Составлением лечебных средств я баловалась в детстве, пока не открылся мой основной дар. Должен был читать или пропустил детство?
- Если честно, о нем в воспоминаниях историка ничего нет. Как, и об учебе, магическим наукам.
- Ах, ну да, - протянула я, кивнув принцу, - тайна за семью печатями. Детство под сенью отца самодура, даже не знающего всего числа побочных детишек. Братец уничтожил всех, кто напоминал ему о прошлом. Да и меня заодно.
- Помешан на чистоте крови?
- Нет, чистота ему как раз ни к чему. Законность рождения вот краеугольный камень всего правления брата. Постепенно он свел в могилу всех своих приспешников и особенно родственников.
- Ты никогда не называешь его по имени, - Фадор перешел на серьезный тон, - это тоже запрет или какая-то часть обряда?
- Нет, - ощутив, как заныло сердце от воспоминаний, я на мгновение замялась, не зная, стоит ли выпускать джина из бутылки неприятных воспоминаний, - скорее опасаюсь возвращения собственных фантомов.
- Были?
- Как тебе сказать, - я пожала плечами, - во сне приходили. Я ведь его не убивала официально, однако ходили противоречивые слухи о моей причастности к его низложению.
- Ты опасная женщина.
- Ты уже говорил. - Я склонила голову на бок, задумчиво разглядывая принца.
- Варга.
- Да?
- Ты сама видишь свое отражение в зеркале? - Фадор вдруг перевел разговор в другое русло.
- То есть. - Я напряглась, прикусив нижнюю губу.
- Посмотри на досуге. У тебя рисунок на щеке меняется. - В черных глазах проступила тревога, надеюсь за меня.
- Точно? - Я непроизвольно приложила руку к лицу. - Посмотрю. Пальцами я не ощущаю никаких рисунков, никакого контура. Для меня обычная кожа и все. Ты меня насторожил и несколько расстроил.
- Ты и правда не трогала своего брата? - Ненамного же его хватило, вновь вернулся к наболевшей теме.
- Конечно, нет. Могли постараться мои люди, но уже после моего заточения и без моего прямого приказа. - Я поморщилась словно от зубной боли.
- Прямого? А что, они могли превратно понять твои приказы и решить, что ты будешь рада мести?
- Кто знает. Когда расформировывают отряд, который слаженно действовал в течение почти десятилетия, люди настолько сработаны, что прямые приказы даже отдавать нет особой нужды. Может, кто и принял мое заточение, как приказ к действию. По крайней мере, те, кто остался в живых, после репрессий брата.
- Брр, - принца передернуло, - с кем я связался.
- Закрыть канал? - Я на полном серьезе потянулась к зеркалу.
- Э, постой. Я же так, образно. - Принца явно впечатлило мое стремление закрыть портал.
- Любишь играть с огнем?
- Скорее не хватает адреналина. Ты меня дико интригуешь. Это, надо быть каким человеком, чтобы люди шли за тобой и после твоего уничтожения. - В глазах Фадора полыхало восхищение.
- Тогда слушайся меня, мальчик и далеко пойдешь. - Чувствуя, как схлынуло напряжение, я расслабленно откинулась в кресле. Если честно, я испугалась отношения принца к моим скелетам в шкафу. Девушке в моем времени было положено только вздыхать, да хлопать глазками в ожидании своего принца или кого другого подходящего на роль супруга. А я, во-первых, не будучи настоящей дочерью своего отца, так еще и работу выполняла кровавую и чуждую женщин. При дворе брата меня ненавидели и боялись в основном мужчины. Женщины же просто открыто презирали и не считали за особь слабую и утонченную, а скорее почитали ошибкой и извращением природы. Я сумела перерасти их презрительные взгляды и плевки вслед. Пусть боятся за своих мужей, которых я могу отнять в любой момент. Потому я никогда не просила у брата снисхождения за очередную жертву его произвола. И своим людям тоже внушала, их место постоянно вакантно и зависит сугубо от настроения моего брата. Без исключений на родство или приближенность ко мне, особенно ко мне. Мой ближайший родич как коршун следил за моими привязанностями, и в один момент я просто перестала заводить друзей. Мне становилось страшно, когда нам приходилось оставаться вдвоем. Какое-то время я думала, что брат неравнодушен ко мне как к женщине, пока тот не нашел свою супругу, а это само по себе опасно.