Огарев похвастал и гербом Старооскольского полка: в золотом щите на голубом поле был изображен участок зеленой земли, пересекаемый рекою. За нею — гора и на вершине горы — кирпичная башня.
Смысл этого герба, придуманного знатоками геральдики из Военной коллегии, офицерам полка был непонятен, да и не занимал их. Порошин, привыкший объяснять себе и другим увиденное, попытался разгадать символику полкового герба: река, пересекающая поле, — Оскол, поле — благодатная курская земля, житница России. Так напоминается название полка. О его пограничной службе говорят другие изображения: река вместе с тем и граница, башня кирпичная на горе означает неусыпное наблюдение за сопредельной страной.
Вежливый Огарев не спорил с полковником.
Порошин также узнал, что граница с Польшей не была точно установлена и не имела укреплений. В караульных будках — по одной на семь, восемь, десять верст — сторожами сидели немощные старики. Желавшие перейти рубеж люди шагали мимо караулов без всякой опаски. Воинских сил поблизости не было. Пехотный полк, считавшийся выдвинутым на границу, бывал растянут на несколько сотен верст и не представлял, угрозы нарушителям порядка. Разбойничьи шайки пользовались отсутствием пограничной охраны. Ограбив жителей русского селения, они укрывались на польской стороне, а желая спастись от польских преследователей, уходили в Россию.
Малороссийская губерния, которой командовал Румянцев, по-старинному делилась на десять полков, и управление велось на военный лад. Полки назывались по именам их главных городов: Полтавский, Миргородский, Гадячский, Лубенский, Прилукский, Переяславский, Киевский, Нежинский, Черниговский, Стародубский. Территория каждого полка состояла из нескольких районов — сотен. Столицей всего края был город Глухов, где жили гетманы. Кирилл Разумовский, начав свое правление — Малороссией, соорудил там дворец по образцу петербургских и окружил себя свитой и челядью на придворный манер, как подобало владетельной особе.
Особы — и он, и многие другие — были в то время, и верно, владетельными. Одному из предшественников Разумовского, гетману Даниле Апостолу, например, принадлежали на Украине шесть городов, восемь поселений, сто девятнадцать деревень, одиннадцать хуторов. В разных сотнях у него было тринадцать дворцов, и в каждом содержался полный штат прислуги. Кроме того, во владении гетмана состояли триста восемнадцать мельниц и сукновален, табачный завод, пятьдесят кабаков, девять винокурен, четыре перевоза через реки, стеклянные гуты, кузницы и другие ремесленные заведения. И каждый мельник, сукновал, кузнец платил гетману дань мукою, сукном, деньгами.
Прислуги в домах знатных людей бывало две, три, четыре сотни дворовых крепостных людей: лакеи, официанты, камердинеры с помощниками, парикмахеры, кондитеры, буфетчики, повара с поварятами, дворники, садовники, скороходы, форейторы, конюхи, кучера, музыканты, песенники. В деревне к ним прибавлялись птичницы, скотники, псари, егеря, охотники. У помещика Шеншина был даже свой палач с тридцатью помощниками — пытать и мучить провинившихся, по мнению барина, крестьян, а иногда и вольных людей.
Для Порошина все на Украине было в новинку. Он жадно расспрашивал окружающих, наблюдал сам, читал в канцеляриях деловые бумаги — и вскоре смог составить себе начальное представление о том, как живут люди на украинской земле, кто управляет ими и откуда идут народные беды.
В южных губерниях обитали казаки и крестьяне. Казаки, свободные, вольные люди, пахали землю, охотились в степях, ловили рыбу. Их оружие служило защитой стране от набегов крымских татар, и сами они часто нападали на татар и на турок. Были среди казаков богатые, очень богатые, но больше встречалось неимущих бедняков. Казачество создало в низовьях Днепра Запорожскую Сечь — как бы военную республику с выборным кошевым атаманом во главе. На Дону также возникли поселения казаков. Желание освободиться от иноземных поработителей, от помещиков польских, литовских, украинских, русских влекло в ряды казаков крестьян. Среди них было много безземельных, — в некоторых полках и сотнях каждый второй крестьянин не владел собственным участком, даже самым крохотным. Барщина длилась три, а то и четыре дня в неделю, одолевали крестьян повинности возить на барский двор хлеб, дрова, сено, лишала последнего достатка необходимость покупать, что требуется, только у помещика и по дорогой цене.