– Я попытаюсь, – хмуро кивнула Энн, уже хватаясь за ручку дверцы. – Но пока… Не уверена, что осмелюсь на это. Ты же сказал, что завтрашняя гонка просто очередная тренировка? Вот я и потренируюсь, спокойно пройдя свою дистанцию.
Ей казалось, что она вообще больше никогда в жизни не ткнёт пальцем в эту крохотную кнопку, которая заставляла машину уходить на такие обороты, что в салоне кончался воздух. Это как тонуть, не в силах выплыть, когда несёшься вперёд и не можешь контролировать происходящее.
– Решай сама. Завтра у тебя ещё будет выбор. Но не в пятницу, – честно предупредил Айк. Когда Энн открыла дверцу, уже почти привычно пробормотал: – До завтра. Утром тренировки не будет, лучше выспись подольше и отдохни. Заеду за тобой в восемь вечера, будь готова. Кстати…
– Что? – она несколько удивлённо повернула к нему голову, встречаясь взглядом. На долю секунды ей показалось, что в медовых глазах мелькнула какая-то неясная эмоция, незнакомая раньше. От которой по коже пробежали мурашки, а сердце предательски ёкнуло.
– Когда у тебя день рождения?
Вопрос удивил. С чего вдруг ему стало интересно? Она вежливо улыбнулась, оповестив:
– В феврале. Двадцать первое февраля. А у тебя, вроде, осенью? – чисто из солидарности поинтересовалась она в ответ, прекрасно и без того помня дату.
Восемнадцатое октября. Она обводила этот день в календаре в кружок.
– Ага, – будто бы стушевавшись, буркнул Айк. – Спокойной ночи.
– И тебе. – С лёгким недоумением Энни вылезла из машины и направилась к дому, преодолевая желание оглянуться.
«Бентли» тут же сорвалась с места, так стремительно умчав по улице, словно за ней гнались адские псы. Пожав плечами – уж очень это скомканное прощание походило на бегство – Энни зашла в родной двор. В полумраке не сразу заметила, что на старой деревянной скамье кто-то сидел, а потому испуганно дёрнулась, когда знакомый голос довольно грубо прервал её размышления:
– Ну и? Какого дьявола это было, Энн?
«Чёрт», – в который раз за этот трудный день мысленно выругалась та. Колючий комок встал в горле: она чувствовала себя жутко виноватой перед Хлоей за то, что фактически игнорировала её уже несколько дней. Но Айзек настойчиво просил не рассказывать ей, что даёт Энни уроки, справедливо опасаясь смертельной обиды сестры. Тон голоса младшей Росс ярко свидетельствовал, что она и без того уже обо всём догадалась.
– Эмм… Привет, Хло, – робко поприветствовала Энни подругу, складывая руки на груди в защищающемся жесте. Один взгляд в её грозно сверкающие серо-голубые глаза вызвал жгучее чувство стыда, вгоняя девушку в краску. – А ты… Давно тут ждёшь? Разве папы ещё нет?
– Да прилично. И нет, мистер Нельсон не появлялся. Зато появилась ты… С моим братцем. – Хлоя подозрительно прищурилась, явно ожидая объяснений.
– Это не то, что ты могла подумать! – чересчур торопливо выпалила Энн, вспоминая их последний неловкий разговор. – Он просто меня подвёз…
– Чёрт, Энни, не беси меня! – резко оборвала намечающийся поток лжи Хлоя. – Мы с тобой с песочницы вместе, так что я вижу, когда ты бездарно врёшь. А ещё узнала сегодня интересную сплетню, что Алисия Морин собирается гонять с какой-то малолетней выскочкой. И почему у меня, чёрт побери, чешется задница, когда я думаю, что это ты?!
– Хло… Я всё объясню, – устало вздохнула Энни, понимая, что вряд ли тут уже остался шанс соврать. Возможно, Айзек будет очень недоволен, но скрывать предстоящую гонку от подруги просто бесчестно.
– Уж потрудись, – кивнула та и многозначительно подвинулась на скамье, освобождая место. – И не вздумай ничего умолчать.
Плюхнувшись рядом с ней, Энни зябко поёжилась от уже почти ночной прохлады. С чего начать? Как объяснить? Она и сама в последние несколько дней не понимала, куда катилась её жизнь. Похоже, к сломанной шее, когда не справится с управлением. Или к жестокому убийству от рук Росса, так опрометчиво доверившего ей драгоценную машину. Либо к смерти от разорвавшейся сердечной мышцы, если Айк ещё раз чересчур нежно коснётся её руки.
– Я в таком дерьме, Хло, – негромко начала рассказ Энн, вперив взгляд в свои кроссовки. – У отца жуткие долги, которые он должен оплатить до конца месяца, иначе у нас отнимут мастерскую. Я не знала, что делать, как помочь найти деньги… И тут появился Айк и предложил чистое безумие. Натаскать меня до следующих гонок, чтобы я смогла победить. И сделать ставку у букмекеров, ведь на новенькую никто не будет надеяться… Но кажется, я такая бездарность, что всё это просто дурость, – печально понурила она голову, ощущая себя поверившей в волшебство идиоткой.