– Что скажешь? – кивнул Айк Энн, и она тут же подскочила к нему, присоединяясь к оценке первого результата.
– Здорово. Мне нравится. – Вынесла девушка вердикт и довольно сверкнула глазами, продолжая сжимать пистолет краскопульта. – А как тебе? Не чересчур агрессивно?
– Теперь она почти похожа на спорткар. Машина настоящей королевы, – ухмыльнулся Айк, словно прозвучала какая-то шутка, которая ей не понятна.
На щеках Энн вспыхнул предательский румянец.
– Эмм… Ты о чём? – решилась она уточнить, пока Айк прошёл к левой стороне Шевроле, где ей не удалось закончить пару узоров.
По её пониманию она пока тянула разве что на жутко везучую корову на роликах, раз даже лопнувшая покрышка смогла выбить из равновесия и довести едва ли не до нервного срыва. Теперь страх казался глупым – особенно после того, как Айк поделился знаниями, что нужно делать в таких ситуациях и как вырулить из вынужденного заноса.
– Я разве не сказал? – притворно удивился он, встав к ней плечом к плечу. – Вчера я зарегистрировал нас на гонку. Безумец под номером двенадцать… И Белая королева – тринадцатая, – несколько извиняющимся тоном озвучил он, будто жалел о неудачном номере.
– Чего?! – от потрясения палец Энн соскользнул с рычажка распылителя, и струя краски попала ему на руку – в отличии от неё, Айк не стал надевать перчатки. – Ой, прости! – торопливо воскликнула она, мысленно ругая себя за неуклюжесть.
– Ничего подобного, Энни – это вызов! – вдруг азартно поддел Айзек.
Развернувшись, он шагнул назад и отправил струю краски Энни на ногу, и от колена до кроссовка побежала чёрная дорожка.
– Давай, Королева: оправдай свой титул!
– Ах, так! – ахнула она, уловив это веселье и принимая бой. – Напросился, заносчивая задница! – от смущения не осталось следа, только желание отвлечься, наконец, от дурацкой машины.
Безжалостно атаковав его сразу несколькими нажатиями на рычажок, она пыталась попасть в удачно уворачивающегося парня, который медленно отступал всё дальше и ехидно комментировал промахи:
– Нельсон, ты мазила! – его залп был гораздо точней, и пришёлся уже на ткань её шорт, на что Энн потрясённо взвизгнула:
– Эй, это же не отстирается!
– На то и расчёт! – хохотнул он, разжигая настоящую войну.
Краска полетела во все стороны: как мимо целей, так и на одежду, и на участки кожи. Спустя мгновение и синие шорты Айка уже были перепачканы брызгами, а его майку можно было назвать арт-объектом современного искусства.
С боевым кличем Энн наступала, сама получая чёрные подтёки на комбинезон. Громкий смех перебивал музыку из колонок, становясь всё заразительней и азартней.
– Ты ещё не знаешь, с кем связался, Росс!
– Малышка, это тебе придётся молить о пощаде!
Они словно окончательно впали в детство. Айк отправил последний залп прямо на середину её груди, и крохотные брызги попали даже на шею. Но затем краскопульт перестал отзываться на касания рычажка, и парень отбросил бесполезное оружие, пятясь назад от продолжающей атаку Энни:
– Ага! Моя взяла! – победно вскрикнула она, но Айзек продолжал уверенно уворачиваться, не переставая посмеиваться над её упрямством.
– Мечтай, Нельсон!
И тут его ноги запнулись об валявшийся на полу ящик с инструментами, оставшийся после работы над колесом. Потеряв равновесие, он повалился назад и, охнув, довольно жёстко приземлился на сваленную в самом углу гаража кучу старых покрышек.
– Эй, ты как? – Энни тут же отбросила распылитель и подбежала к нему. Наклонившись, с лёгким беспокойством поймала его потерявший ориентиры в пространстве взгляд и протянула руку. – Вставай!
Айзек ухватился за её пальцы, а затем вдруг по-кошачьи довольно ухмыльнулся и резко потянул девушку на себя. С пронзительным визгом она упала прямо ему на грудь, широко раскрыв глаза от шока.
– Попалась!
Его горячие ладони уверенно сомкнулись на её талии. Дыхание Энн сбилось от резкого приземления. Она боялась даже шевельнуться, чтобы не разрушить этот неожиданный момент близости – настоящей, уже совершенно точно не дружеской. Его тело было напряжённым и крепким, пахнущим лимоном и краской.
Вдоль позвоночника пробежала дрожь от желания чуть-чуть податься вперёд и дотронуться до его губ – осталось так немного, жалкий сантиметр. Сделать последний шаг, растворить так сильно истончившуюся стеклянную стену. Она чувствовала его шумное, жаркое дыхание на своём лице. Уже было почти решившись, поддаваясь гипнотизирующим искрам в медовых глазах, Энн чуть повела бедром. Еле слышно ойкнула, заливаясь густым румянцем до самой шеи: за тканью его шорт совершенно точно ощущалась неприличная твёрдость. Боже.