– Давай, Красотка: покажем ему класс, – шепнула она прежде, чем выжать сцепление.
На этот раз «Шевроле» подчинилась легко. Мотор завёлся безо всякого протеста, а первые пару метров машина буквально скользила по асфальту, показывая свои лучшие качества: манёвренность и изящество. Если «Бентли» привыкла к мужским рукам и грубости, то этот движок требовал нежности и понимания.
И Энни готова была ей их дать в полной мере. Вырулив к выезду с парковки вместе с Айзеком на одну линию, она бросила взгляд на рычащую чёрную машину: её водитель с наглой ухмылкой высунул руку из окна, чтобы махнуть старт.
– Мы же не дадим смеяться над нами, да? – азартно мурлыкнула Энн приборной панели и выжала газ, чтобы движок взревел погромче. «Шевроле» урчала абсолютно довольно, подтверждая каждое слово владелицы.
Взмах руки, и две машины метнулись вперёд, вырываясь на дорогу. Нагло заняв обе полосы, они неслись вперёд практически наравне. «Бентли», конечно, прожжённая в таких боях, но зато Красотка явно мощней. Энн давила на газ всё сильней, пока не сообразила, что впереди поворот на следующую улицу, и дрифт на большой скорости в таких условиях может закончиться банальным столкновением на встречке. Чуть убавив обороты, она позволила Айку вырваться вперёд на полкорпуса, но продолжала сидеть у него на хвосте.
Перестраховка оказалась не лишней: поворот на Линкольн-авеню оказался непростым. Движение на ней было более плотное, и пришлось огибать первые автомобили. Таким самоубийством Энни ещё точно не доводилось заниматься: пытаться петлять между машинами, не теряя скорость.
Чертыхаясь, она вцепилась в руль и старательно пропускала мимо уха возмущённые гудки за спиной. Понимание, что на самой гонке будет не лучше, подхлёстывало. А то, что Айк уверенно обогнал её, и вовсе распалило азарт.
– Рано радуешься…
Ехать в черте города оказалось невероятно трудно. Пролетая мимо светофоров и игнорируя их сигналы, каждый миг на грани аварии, провоцируя других участников движения тормозить и отъезжать к обочине. Сначала Энни ощущала вину за всё это, но через пару мгновений та переросла в искры адреналина.
Красотка оказалась очень юркой, легко проскакивала самые непростые заторы и вывела их к крайним улицам, где было гораздо свободней. С тоской Энн нашла взглядом бампер «Бентли»: та ушла гораздо дальше.
Время поднажать.
Вдавив газ в пол, девушка с ухмылкой смотрела, как приближалась Детка. Вот она, сила отцовских волшебных рук. Этот движок действительно из золота. «Шевроле» неслась всё быстрей, больше не сдерживаемая окружающим движением.
Ветер бил в открытое окно и трепал светлый хвостик на голове гонщицы. А сама она чувствовала полное слияние с машиной – такого с ней ещё не было ни разу. Руль реагировал на малейшее касание пальцев, а тёплое сиденье дополняло контакт, и уверенности у Энн прибавилось в разы. Стрелка спидометра ползла всё выше, без усилия доходя до ста шестидесяти.
Зачем нитро, если оно и так в крови?
– Умница, Красотка! Покажем ему!
Энн добавила оборотов, и «Шевроле» с утробным рыком выпущенного тигра рванула ещё быстрей, доходя до скорости под двести без допинга. А что будет с ним?
Соблазн нажать на кнопочку возле руля был огромен. Это бы точно позволило догнать Айзека в два счёта, до него и так уже метров пять. Но стабильных, которые не сокращались. Играть нечестно она была не готова. Победы хотелось, но не так.
Поэтому только и осталось, что сцепить зубы и лететь всё стремительней, управляя машиной на голых инстинктах. Инерция уже вжала её спиной в кресло, уши заложило от ветра. Запах реки подсказал, что осталось совсем недалеко до разворота: надо сбавлять скорость, пока не улетела с обрыва.
Не сейчас, нет, не когда между её капотом и бампером «Бентли» жалкие пара метров. Адреналин коварно захватывал в свои сети, разжигая жажду победы.
Однако через ещё минуту с тяжким вздохом пришлось признать своё поражение: далеко ей до мастера. Потому что Айзек уже уверенно влетал в поворот, демонстрируя свои умения.
Визг шин, почти оглушающий, миллиметры от деревянного ограждения. И Детка, практически не потеряв скорости, снова встала на прямую, лениво преодолевая оставшиеся триста метров до финиша. Энни повторила его манёвр, затормозив и выкрутив руль на пределе своих возможностей. Теперь уже синяки ей не грозили, однако и победа тоже.
Она остановилась возле Айзека, тяжело дыша от нехватки воздуха: всё-таки пробежка вышла непростой и потребовала много сосредоточенности. Поморщившись от досады, успокоила себя тем, что ничего другого и быть не могло – он же сенсей.