– Это да, он скучный. Я предупреждала. Не представляю, что ты в нём вообще нашла. Готовься проводить вечера за боевиками с Брюсом Уиллисом и пиццей.
Энни только усмехнулась: она была бы безумно рада такому времяпровождению. После рабочего дня сидеть в обнимку на диване и растворяться в тёплом запахе лимонных карамелек – утопическая картинка становилась всё реальней. Однако что-то подсказывало, что Айк далеко не домосед. Часто ездил по всему штату, зарабатывая гонками, как много раз рассказывала Хло. Представив, что придётся с ним расставаться, не имея понятия, приедет ли он обратно, Энни передёрнулась.
Но ведь можно же ездить с ним, страховать, работать в команде как вчера.
Бредовую мысль стряхнуть оказалось не так-то просто. Вот, что действительно заманчиво: снова встать с ним на линию старта. Когда-нибудь она наверняка обгонит своего сенсея. Нужно только немного времени и практики, совершенствоваться, чтобы однажды машина точно взлетела над разогретым асфальтом.
Притормозив возле домика Россов, Энни было подскочила, а потом плюхнулась обратно в кресло. Раньше она заходила в эту дверь спокойно, а теперь же подумалось, что, увидев её, Айк решит, будто она навязывалась. Он же так и не позвонил и даже не написал…
Возможно, всё, что она себе успела придумать, не имело никакого смысла. Все сомнения отразились на её лице, а уже выбравшаяся из машины Хлоя удивлённо оглянулась:
– Эй, ты чего сидишь? Пошли, выпьем кофе. Вид у тебя, и правда, не выспавшийся.
Это предложение помогло найти достойный повод покинуть салон. Убрав ключи в карман шорт к телефону, Энн послушно прошла за подругой, бодро идущей по дорожке к двери.
Гостиная встретила их тишиной и какой-то оставленной возле лестницы коробкой. Хлоя нахмурила брови и подошла к ней поближе, заглядывая внутрь.
– Это что ещё за дерьмо? – пробормотала она, выудив внутри и брезгливо подняв двумя пальцами какой-то старый женский свитер. – Чёрт побери…
– Это чьё? – недоумевающе следила Энни за отчётливым презрением на лице подруги.
– Это её, – выплюнула Хлоя сквозь зубы.
Однако до Энн моментально дошло, о ком речь: так сильно ненавидеть обычно дружелюбная и общительная Хлоя могла только мать. Та бросила свитер обратно в коробку и громко позвала:
– Айк! Ты дома?
– Эй, разбудишь! – шикнула на неё Энни, однако она ошиблась. Из коридора на втором этаже показался знакомый силуэт, медленно бредущий к лестнице.
– И нечего так орать… О, Энни… Доброе утро… день…
Он явно только вышел из душа – с мокрых волос капала вода, на плечах висело полотенце, а из одежды на нём были лишь мятые шорты. Но куда больше Энн взволновала его растерянность и то, как он пошатнулся, спешно ухватившись за стену и едва не полетев с лестницы кувырком.
Неужели до сих пор не спал?
– Айк, она что, была здесь?! – возмущённо кипела тем временем Хлоя, от души пнув коробку. – Это же её барахло. Только не говори, что она решила остаться!
– Успокойся, систер, не визжи, – в его голосе прорезались умоляющие нотки. – И так башка трещит. Да, она приходила. Но больше точно ноги её в этом доме не будет. Можешь пойти и выкинуть всё её барахло, а лучше сжечь к чёрту, чтобы я этого не видел.
– Правда? – недоверчиво протянула Хлоя и с сомнением посмотрела на вещи. – Прямо можно сжечь? А то, что в её комнате…
– У неё больше нет комнаты, – вдруг твёрдо заявил Айк. – Если хочешь, выбрось всё и оттуда. А после твоего дня рождения сделаем ремонт и превратим спальню в кабинет.
Ответом ему стал радостный писк Хлои, воодушевлённо подхватившей коробку. Она бросила торопливый взгляд на Энни, всё это время неуверенно переминающуюся с ноги на ногу, и подмигнула:
– Я пошла устраивать пожар. А вы не шалите тут, деточки! – тихо хихикнув напоследок, она унеслась из дома, хлопнув дверью.
– Она точно не спалит весь район? – поинтересовалась Энн у Айка, с некоторой опаской смотря вслед подруге.
– Не должна. Чёрт, Энн, прости, что видела это всё. Наши… семейные проблемы точно не лучшее зрелище, – вздохнув, он устало потёр переносицу.
Энни колебалась недолго. Уж слишком у него был помятый вид, даже несмотря на голый торс, ещё соблазнительно поблёскивающий влагой после душа. Она быстро поднялась по ступенькам и улыбнулась как можно более ободряюще:
– Всё в порядке. Не у одной меня есть неприятное прошлое. Если хочешь об этом поговорить – я не против.