К дому Нельсон решено было ехать на «Шевроле»: Айк не стал выводить Детку из гаража, без лишних подробностей буркнув: «Ей и так досталось сегодня». Хлоя металась между уже-не-родительской спальней и помойкой, увлечённо спихивая в мусор всё барахло Джун, и на поспешившую укатить парочку только махнула рукой. Похоже, ей в кои-то веки было не до ехидства, а глаза полыхали хищными огоньками, когда она избавлялась от очередной тряпки.
Сев за руль, Энн оглянулась на задумчиво прищурившегося Айзека и снова осторожно спросила:
– Так всё же. Что такого произошло сегодня, почему Детке опять досталось?
Он колебался недолго. Врать ей точно не стал бы, но и будить новый повод для волнения ни к чему. А потому ответил коротко и без особых деталей:
– Заявилась мама. Попросила отдать какие-то вещи, и пока я лазил на чердак, утащила ключи от Детки. Я, конечно, взбесился. Помчал искать. Оказалось, Ворон выловил её и выкупил машину, – сухо констатировал он факты.
Энн задумчиво прикусила губу и вырулила на дорогу.
– Эм… Вряд ли Ворон помог тебе за человеческое «спасибо»? – искоса бросила она проницательный взгляд на пассажира.
– Это точно. Я теперь должен ему. Много, – хмуро признался Айк и тяжко вздохнул.
У него осталось меньше недели на нормальную жизнь. А потом… Всё может закончиться плохо. Этот безрассудный угон не нравился ему даже самой идеей. Да, не секрет, что отец не чурался промышлять подобным заработком. Но он сам садиться за решетку не хотел категорически. Ведь это означало потерять всё: Энни, Хлою, Детку. Всех, кто ему дорог.
Чаша весов не выдерживала, упорно склоняясь в их сторону относительно возможной призрачной выгоды. Но выбора ему не дали.
– Насколько? – деловито подобралась Энн, к его удивлению, восприняв новость стойко. – Я могу отдать тебе часть своих призовых, в конце концов, ты их честно заработал, потратил на меня кучу времени…
– Нет, – решительно отверг предложение Айк. – Сколько бы там ни получилось, уверен, что вам и так не хватает для полного покрытия долга. И это твоё. Ради чего тогда мы всё начинали? Забудь, малышка. Это не твоя проблема.
Он протянул руку и положил на её колено, просто в желании успокоить этот боевой порыв. Энн чуть дёрнулась и мимолётно встретилась с ним взглядом, будто хотела прочитать что-то иное в глубине глаз.
– И всё же, если я хоть чем-то могу помочь, то тебе достаточно сказать. Ты можешь на меня положиться, – уверенному тону девушки можно было позавидовать, на что Айк не сдержал улыбки.
– Знаю. И мне этого уже достаточно.
Ему нравилось, как сильно повзрослела Энни после гонки. В нефритовых глазах появилась уже недетская серьёзность, а на лице – новое, решительное выражение. Думать о предстоящем дерьме пока что не хотелось. Если есть шанс провести хороший вечер в её компании, то им стоило воспользоваться. И потому он предпочёл перевести тему, так и не признавшись в том, как именно Ворон заставил отдать долг:
– Что ты там говорила, захватить виски для разговора с Генри? Всё так плохо?
– Да я просто пошутила, не думаю, что это необходимо, – отмахнулась Энни и с прищуром глянула на магнитолу, где высвечивалось время. – Чёрт, уже почти семь часов. А я хотела успеть приготовить что-нибудь к ужину…
– Можем заехать к Лиа, чтобы не напрягать тебя с готовкой?
Что-то Айку подсказывало, что милых посиделок пока не получится. Всё-таки Генри предстояло привыкнуть к мысли, что у его ребёнка появился подобный интерес. Не каждый отец, а тем более воспитывающий дочь в одиночку, готов отдать её в чужие лапы.
– Не стоит. Мы с папой и так в последнее время питаемся одной картошкой и бургерами, а с его гастритом не шутят, – последующий тяжкий вздох Энн почудился виноватым, и она с внезапно мелькнувшей хитринкой в глазах предложила: – Как смотришь на то, чтобы после ужина проехаться по трассе?
Айк удивлённо поднял брови. Он не ожидал, что интерес к вождению сохранится у неё после решения всех проблем. Но теперь взглянул на позу Энн за рулём несколько иначе: ноги напряжены, руки на «три и на девять». В закатных лучах её глаза светились удовольствием от одного нахождения на месте водителя, а губы были закушены, словно она сдерживала желание прибавить газу прямо посреди оживлённой улицы.
Он всё это мог видеть, потому что сам всегда ездил также, в любой момент готовый выжать из тачки всё дерьмо и улететь вперёд, сжигая нитро в баллонах. Эмоции от такого наблюдения оказались смешанными. Вроде и беспокойство, ведь такое увлечение по-настоящему опасно. Гордость за неё: Энни превратилась в истинного гонщика так быстро. И тихое, старательно заглушаемое счастье оттого, что теперь он не одинок. Теперь ему есть, с кем делить свои ночи на трассе под тяжёлый рок.