— Особого значения это уже не имеет, но уж скажи, раз начала, — сказал он, положив в рот дольку апельсина.
— Твой друг Игорь…
— Он мне не друг, — прервал Анатолий. — Просто мы попутчики, хотя мужик он симпатичный.
— Так вот он уехал в Красноземск, — продолжала она. — Как я поняла, на несколько дней.
— Это неплохо, — задумчиво сказал Анатолий. — И одновременно плохо.
— Ты когда-нибудь мне объяснишь, что происходит? — спросила она после паузы. — Во всем одни недоговоренности да недосказанности…
— Хочешь знать, чем я занимаюсь? — спросил он.
— Ты мне уже говорил, — поспешно сказала она.
— Боишься услышать правду, — усмехнулся он. — А пора бы знать.
— Не надо… Я и так все знаю, — перебила она. — И ничего больше знать не хочу.
— А я не хочу, чтобы ты потом пожалела, — твердо сказал он.
— Мне уже поздно о чем-то жалеть, — сказала она, припав головой к его плечу. — А знаю я то, что, если это случилось, ты — отец моего будущего ребенка. Избавляться от него я не собираюсь.
Он замер на месте, услышав эти слова.
— Испугался? — усмехнулась она, наклонившись над ним так, что ее грудь коснулась его лица.
— Ты не шутишь? — Он приподнялся на локте. — Так сразу?
— Какие могут быть шутки. — Теперь она смотрела на него с интересом. — Все случилось с первого раза, я сначала думала, что это обычная задержка, потом взяли кровь на анализ. Когда я сказала, что хочу быстро избавиться, меня послали обследоваться на УЗИ… У тебя дети, кстати, есть? Про дочку я знаю, а еще дети? Или ты не знаешь?
— Наверно, где-то бегают, — сказал он озабоченно. — Но может, еще как-нибудь…
— Рассосется? — засмеялась она, снова откинувшись на спину. — Ладно, я пошутила.
— Черт… — сказал он с беспокойством. — Пойми.
До сих пор людей я только убивал. За деньги А делал их бесплатно. Непонятное ощущение, надо сказать.
— Может, когда-нибудь расскажешь, а? О своих ощущениях, когда кого-то убиваешь. Испытываешь кайф?
— Уже говорил, повторю еще раз. Такие, как я, долго не живут. И зря ты со мной связалась.
— Предупреждать надо вовремя. — Она грустно улыбнулась. — А завязать сможешь? Так это у вас, кажется, называется?
Он внимательно посмотрел на нее, тоже улыбнулся и обнял. Непривычная получилась улыбка, застывшая.
— Твой следующий рейс обратно в Москву? — спросил он глухо, уткнувшись лицом в ворох ее волос.
— Да… — ответила она замирающим голосом. — Что ты хочешь этим сказать?
— В Москве скажись больной, — сказал он. — Температуру знаешь, как поднять? Признайся, что ждешь ребенка. И что останешься у родственников. А я дам тебе один адрес… И напишу туда письмо. Тебе нужно там отсидеться, пока я не закончу здесь свои дела. Тогда мне будет спокойнее.
— Справку придется предъявить. — Она покачала головой. — У нас этому не верят. Я успею показаться гинекологу, даже сдать анализы… Но когда будет результат? Так что придется мне еще раз сюда прилететь… Если ты не против… Лучше скажи: тебе опять кого-то заказали? — спросила она тихо. — Здесь, в Полбине?
— Ты не веришь мне? — сказал он с некоторым раздражением. — Я принимаю заказы только на подонков! Против кого бессильно наше правосудие. Даже если мне их заказывают такие же подонки. Или еще большие… Я исполняю с удовольствием. И мне еще за это платят. Убивать нормальных людей отказываюсь. Хотя это вызывает у моих посредников и работодателей недоумение.
Она замерла, даже немного отодвинулась от него. Потом села и стала одеваться. Он молча за ней наблюдал.
— Да, ты мне говорил, но неужели это ни разу ни у кого не вызвало подозрения? — задала она наконец вопрос, который, по-видимому, до сих пор не решалась задать.
— Считаешь, я вру? — усмехнулся он.
— Я верю… Только мне уже пора… — Она вздохнула, провела пальцами по его лицу. — Какое будет задание, товарищ командир?
— Постарайся до рейса найти в Красноземске Игоря Залогина, — сказал он. — И передай, чтобы немедленно со мной связался.
— Где его искать, ты знаешь? — спросила она.
— Трудно сказать. — Он сел и тоже стал одеваться. — Наверно, в центральной гостинице. Я провожу тебя.
— Ты же не хотел, чтобы нас вместе видели, или я что-то не поняла?
— Я прослежу со стороны…
— У меня мало времени, — напомнила она. — Утром мой рейс. А что хоть случилось и почему такая срочность, ты можешь сказать?
— Мне его заказали, — сказал он, помедлив.
— Игоря Залогина? — тихо охнула она.