— Кстати, — хмуро спросил Ленчик, — она тебе тоже дала?
— Она дала, а я взял, — хмыкнул Саша. — Из любопытства. Уж больно ты там охал на койке. Что смотришь? Дуэль? В другой раз. Когда вернемся в столицу. Бросишь мне свою перчатку. А я еще подумаю, поднимать или не стоит… Тебе что, западно* что мы с тобой стали наконец молочными братьями?
— Кончайте, — сказал Вадик, хмурясь. — Лучше посмотрите на часы. — Он кивнул на электронный будильник, стоявший на подоконнике. — Не забыли? Мой самолет в семнадцать сорок. Для своего работодателя Сабурова, с кликухой Саба, я вот-вот прилечу из Москвы.
— Как такое забудешь… — протянул Саша, раскрывая коробку. — Тебе уже подготовлена торжественная встреча. Пять стриженых телохранителей на иномарках!
— И девушки в кокошниках с хлебом-солью, — хохотнул Ленчик. — Ты только не их щипай, а кусочек хлебца сбоку и в соль обмакни!
— Пошел ты… Сколько отсюда до аэропорта? — спросил Вадик. — Часа два?
— Не больше, — кивнул Саша. — Успеем. Билет выбросил? Так уничтожь при мне, а то забудешь!
И проследил за сгорающим авиабилетом на рейс, прибывший из Москвы в Красноземск пятью часами раньше.
— А не напомнили бы, ты бы предъявил его для оплаты, — сказал Ленчик.
— Пошел ты… — отмахнулся Вадик, потом вдруг набросился на него и повалил на диван.
— Брейк! — воскликнул Саша. — Кончайте, ну! — Он разнял их. — Напомню: главное, Вадик, чтоб ты слился с пассажирами этого рейса, когда будешь выходить к ожидающим. Теперь о серьезном. Мы, кажется, ясно договорились: ты должен пустить им пыль в глаза. В смысле солидности. Они это любят. То есть придется побриться, надеть нормальные брюки, твидовый пиджак, темные очки, хотя уже будет вечер, авторучку в нагрудный кармашек… Так, я ничего не забыл? Потом, сотовый на поясе, в руке кейс… Прическа у тебя… — Он сокрушенно покачал головой. — Неужели в Москве не мог постричься?
— Не успел! — огрызнулся Вадик. — Сначала от Сабы позвонили, давай вылетай, билет тебе заказали… А тут вы звоните, прилетай на полдня раньше. Что я вам, заводной? — И снова зевнул.
— Хорошо зеваешь, натурально, — одобрил Саша. — Сразу видно, человек не успел адаптироваться к смене часовых поясов. Кто скажет, что ты просто спишь, как сурок, целыми днями!
В ответ Вадик запустил в него подушкой с дивана, так что Саша едва успел увернуться.
— Кончайте, — сказал теперь Ленчик. — Пора собираться.
— Да, одна деталь, — сказал Саша. — Чуть не упустил… Вдруг они нас пасут? И увидят, как от нас из номера выходит тот самый, кого они потом встретят в аэропорту. Поэтому поезжай как есть, а уж там, в аэропорту, переоденешься в туалете, перед выходом к встречающим.
— Я поеду один? — спросил Вадик.
— Не понял? Будет лучше, если нас с тобой увидят вместе? — удивился Ленчик. — Поэтому выйдешь отсюда лохматый, небритый, без очков. И когда наша дежурная по этажу отойдет в каптерку смотреть сериал… — Он взглянул на часы. — Как раз в это время.
Он подошел к двери, выглянул в коридор.
— Давай, только быстро! — сказал Ленчик. — Пока ее нет. И бегом к лифту.
— Привет, — сказал Саша, не отрывая взгляда от сканера. — Пока мой сотовый остается у тебя, не потеряй только. — …Вот, — сказал он через некоторое время, когда Вадик ушел. — Готово, слушай…
Ленчик приник к наушникам.,
— …ну прилетит, а я тут при чем? — услышал он ленивый голос Светы и почувствовал, как под диафрагмой что-то екнуло и опустилось. — Опять ты, Коленька, меня подкладываешь… Он хоть молодой, не старый?
— Сволочь! — сказал Леучик и, испугавшись, невольно прикрыл рукой рот. Саша только усмехнулся, покрутил пальцем возле виска.
— Молодой, молодой… — Голос Сабы был хриплый, недовольный. — В общем, учти, он тоже из Москвы, вроде этого бакланья позорного, что пасется у Солоду-хи… Он, думаешь, мне очень нужен?
— А мне все равно, нужен или не нужен… Может, Ирку к нему, а, Коля? — Ее голос становился все более капризным. — А то все я да я… Сколько можно? Я и так не отдыхаю! Ты мне что обещал?
— Исполнение предвыборных обещаний — только после выборов, — нетерпеливо ответил Саба. — Все, собирайся, скоро едем встречать.
— Коль, а можно спросить? — примирительно сказала она, — А если тебя не выберут?
— Куда они денутся?.. — еще более нетерпеливо сказал Саба. — Ну все? Значит, будь готова. Подмойся там, оденься, в смысле, заголись. А Ирку больше не бери… Ребята говорят, грязная она. Мондавошек подхватила. Чуть не прибили. Слыхала про это?