– Предположим, мы с тобой будем встречаться и дальше, и все у нас будет прекрасно. Но признайся честно, ты наверняка не раз пожалеешь о том, что у Джоны не будет ни братика, ни сестрички. – Она перевела дыхание. – Да, я заглядываю слишком далеко вперед, и не думай, пожалуйста, будто я рассчитывала выйти за тебя замуж. Я просто не могу сделать следующий шаг, потому что боюсь – а вдруг ты бросишь меня, как это сделал Майкл. Я не хочу оказаться в ситуации, в которой уже однажды побывала.
Майлс уставился в свой бокал.
– Я тебе тоже должен кое в чем признаться, – сказал он. – После смерти Мисси мне было очень нелегко. И не только потому, что она погибла. Я мучился, потому что так и не нашел того, кто был за рулем той машины. Ты представить себе не можешь, как меня это терзало. Но теперь… – Он встретился с ней взглядом. – Я понял, что в моей жизни не хватает чего-то очень важного, а чего именно – узнал, когда встретил тебя. И то, что ты рассказала, никак не изменило моего к тебе отношения.
В кухне звякнул таймер, и оба вздрогнули.
– Пойду выну лазанью, пока она не сгорела, – сказала Сара.
Она осторожно поставила бокал на стол, встала с дивана и вышла. На кухне она остановилась у двери, и в голове ее снова зазвучали его слова: «То, что ты рассказала, никак не изменило моего к тебе отношения».
Для него это не главное. И – о чудо! – она верила ему, верила словам, верила его взгляду.
Она поставила противень с лазаньей на плиту и вернулась в гостиную. Села и положила голову Майлсу на плечо. Он гладил ее руку, и от каждого прикосновения у нее по телу пробегала сладостная дрожь.
– Спасибо тебе за доверие, – сказал он.
И тут она подняла голову и поцеловала его: сначала их губы легонько касались друг друга, а потом слились в страстном порыве. Его руки сомкнулись у нее на спине, Сара приоткрыла рот и, почувствовав, как их языки соприкоснулись, едва не потеряла сознание.
Любовью они занимались долго. Огонь в камине наконец потух, и комната погрузилась в темноту. Майлс нашептывал что-то Саре на ухо и непрерывно ласкал ее тело – словно хотел убедиться, что это не сон. Когда Сара заснула, Майлс отнес ее в спальню, задернул шторы и тихонько лег с ней рядом.
Утро было дождливым и серым, и они проспали чуть не до полудня. Сара проснулась первой. Майлс приподнял голову, и она повернулась к нему. Он осторожно коснулся пальцем ее щеки.
– Я люблю тебя, – произнес он.
– И я люблю тебя, Майлс.
Глава седьмая
Теперь Майлс и Сара старались все свободное время проводить вместе. Сара постоянно бывала у него дома. Джона показывал Саре свою коллекцию бейсбольных карточек, рассказывал о рыбалке, объяснял, как забрасывать удочку. Майлс в их отношения не вмешивался: он понимал, Джоне нужно самому разобраться, что для него значит Сара и как он к ней относится.
По городу пошли слухи, и Бренда, естественно, бомбардировала Сару вопросами. Чарли тоже поинтересовался у Майлса, что происходит.
– Я люблю ее, Чарли, – ответил Майлс прямо.
Чарли хлопнул его по плечу и пригласил их с Сарой на ужин.
А Майлс с Сарой упивались своим чувством. Не могли прожить друг без друга и часа, а когда оказывались вместе, боялись только, что снова придется хоть ненадолго расстаться. Они ходили вдвоем обедать, болтали по телефону, а едва оказывались наедине, тут же начинали заниматься любовью.
Впрочем, Майлс старался не забывать и Джону и проводил с ним времени не меньше, чем с Сарой. Сара тоже делала все, чтобы жизнь мальчика не менялась. К середине ноября она решила, что теперь Джоне достаточно одного дополнительного занятия в неделю. Он почти догнал класс.
– Хочешь провести День Благодарения со мной и Джоной? – предложил как-то Майлс. – Мне, правда, вечером придется выйти на работу, но мы, если у тебя нет других планов, можем поужинать пораньше.
– Не могу. Приезжает мой брат, и мама готовит праздничный ужин. Но ты можешь прийти к нам. Познакомишься со всем кланом. Если, конечно, ты к этому готов.
– Готов.
Однажды вечером – Джона снова ночевал у Марка – Сара пошла с Майлсом в спальню. Впервые. Раньше они если и ночевали вместе, то у Сары, а теперь оказались в кровати, которая некогда была супружеской постелью Майлса и Мисси, и оба не могли об этом не думать. Они занимались любовью с каким-то надрывом, а потом долго лежали, обессиленные, рядом.
И тут Саре показалось, что Майлс хочет остаться наедине со своими мыслями. Оглядев комнату, она увидела, что здесь повсюду фотографии Мисси.
– Что-то не так? – спросила она.
– Да нет, я просто задумался, – пробормотал он.
– Мысли-то хоть хорошие?