6. Глава. Охота в основном на оленя
Прошло еще полгода. Наступил февраль.
На работе дела шли отлично. Плезенс предлагал повышение, но Уинстон отказывался. Он не хотел никем руководить. Он встречался с Бонни и был счастлив.
Содержанка отличается от жены или любовницы тем, что у нее всегда хорошее настроение и никогда не болит голова. Еще она всегда отлично выглядит и никогда не будет пилить шею, на которой сидит.
Бонни с удовольствием разделяла досуг, который мог предложить Уинстон. Ходила за компанию на охоту и в шахматный клуб. Научила его играть в бридж, и они иногда играли пара на пару с семейными шахматистами.
Кроме того, она предложила и свои варианты развлечений. Уинстон начал ходить с ней и в бассейн и научился плавать. Оказывается, в Лондоне есть бассейны для профессиональных спортсменов, которые раз в неделю пускают поплавать почтенную публику.
К немалому удивлению, он открыл для себя мир живой музыки. От камерных соло-концертов до американских мюзиклов. Он любил английский язык и ценил как мастерство поэтов, так и мастерство певцов. Даже американских, с их забавными акцентами. Правда, по песням частенько проходилась ножницами цензура, зато в музыку цензура не лезла. Какой смысл отменять, например, си-бемоль или шестую струну?
Бонни умела готовить, и Уинстон всегда с удовольствием обедал у нее. Раньше он думал, что чувство вкуса дано человеку, чтобы отличать более-менее съедобную пищу от вконец испорченной, а не для удовольствия. Его способности к кулинарии ограничивались умением не сжечь полуфабрикаты. Впрочем, многие холостяки этого не осиливали и жили с мамами хотя бы чтобы приемлемо питаться.
Она никогда не пыталась его обидеть и хвалила по любому поводу, поднимая самооценку до разумных пределов. В плане, старомодно выражаясь, интимных отношений жизнь тоже наладилась. С Бонни все происходило как-то легко и непринужденно. Как с Джулией, только без необходимости постоянно оглядываться. Шаг вниз от простого синего комбинезона – и вы никому не интересные пролы. Шаг вверх – и всякие проверяшки и активисты, глядя на вас краешком глаза и завидуя, изображают из себя трех китайских обезьян. Чтобы потом отыграться на тех, на ком разрешат.
Изменилось отношение к себе. Он начал стильно одеваться. Пошил классический костюм для визитов в приличные места. Обзавелся старомодным полосатым купальником для бассейна, похожим на борцовское трико. Купил винтажные немецкие наручные часы. Перешел с одноразовых лезвий сначала на опасную бритву, а потом на rolling blade, непревзойденную вершину довоенных бритвенных технологий.
Казалось бы, если в стране дефицит бритвенных лезвий, зачем требовать от партийных обязательного бритья? Ходили бы с бородами, как пролы, подравнивали бы в парикмахерских. Но американцы брились одноразовыми лезвиями, и Эйрстрип Ван, как самая лояльная провинция, подражала старшим в меру своих скромных возможностей. Официально разрешалось носить усы, потому что Большой Брат на всех портретах изображался с усами. Но как раз поэтому партийные избегали изображать на своих жалких физиономиях карикатуру на первое лицо.
Сбережения, накопленные за период одиночества, медленно и неизбежно таяли. К тремстам долларов, которые он каждый месяц отдавал Бонни, добавлялись возросшие расходы на себя и полная оплата совместных развлечений. Сверх того, он часто дарил Бонни цветы или какие-нибудь приятные мелочи, а на праздники покупал подарки у ювелира.
Но Уинстон был счастлив. А деньги? Деньги будут. Просто надо больше работать. Сбережения? Пенсия? До пенсии двадцать пять лет. Глядя на стариков, Уинстон задумывался о том, стоит ли добровольно жить до такого возраста. Всегда можно пойти в аптеку и купить какой-нибудь отравы. По слухам, многие старики так и делали. Или им помогало новое поколение, решавшее свои жилищные проблемы. В конце концов, война так и не собиралась заканчиваться. В любой прекрасный день, хоть прямо сейчас, могла прилететь гиперзвуковая ракета с ядерной боеголовкой и положить конец мечтаниям наивных дурачков о беззаботной жизни на пенсии. Если, конечно, и правда существуют такие люди, которые считают, что на пенсии легко живется.
Уинстон подумал, где бы он мог найти дополнительные доходы. И придумал. Только эту идею не стоило подавать через Плезенса. Надо идти с ней лично к Мерфи.