- Про что мы говорили? - попыталась вернуться к теме миссис Петерсен.
- Что-то о пролах, - ответила сидевшая напротив мисс Эллиот. Ее отлично устроило, что можно отметиться репликой и не сказать ничего, к чему бы могли привязаться.
- Пролы это просто грязь под ногами, - сказал Петерсен.
- Скорее, лед, - поправил Уинстон.
- Вот так? – поднял бровь мистер Робертс, - Вы намекаете, что мы все когда-нибудь поскользнемся и упадем?
Мерфи и Эллиот строго посмотрели на Уинстона.
- Метафоры хороши тем, что их можно развивать в обе стороны, - ответил он, - Тот, кто недооценивает лед, упадет. Тот, кто понимает лед, будет ходить медленно и осторожно. Но повелителями льда будут те, кто встанут на коньки. Они будут ездить по льду на острых лезвиях и лупить друг друга клюшками.
- Браво! – миссис Робертс изобразила аплодисменты.
Мерфи и Эллиот удовлетворенно кивнули.
- Вы болельщик? – спросил Профессор Алан.
- Только в футболе.
- За какой клуб?
- За нашу сборную.
- Да ладно Вам. Не скромничайте, думаете, мы тут шедвелл устроим? Я болею за «Кембридж Юнайтед», хотя у них и сложные времена последние годы.
- Я за «Эвертон», - скромно сказала мисс Эллиот.
- Мы с женой за «Арсенал», - сказал Петерсен.
- Я за «Миллуолл», - сказал Уинстон, убедившись, что не окажется среди фанатов какого-то одного клуба.
- А мы не болельщики, - сказал мистер Робертс, и на этом футбольная тема сама собой чуть не закрылась.
- Только не отменяйте футбол, - в шутку попросил профессор Алан.
- Разве можно отменить футбол? - удивился Петерсен.
- Отменить можно все, - ответила миссис Робертс, - Мы только что обсуждали, что Министерство Любви организовало целую молодежную лигу, чтобы отменить секс. С футболом было бы проще, им все-таки меньше людей занимается. Или больше?
- Вы уж извините меня, старика, - вступил Профессор, - Но ничего нового в плане борьбы с сексом Министерство Любви не придумало. Раньше секс считался грехом. За него полагалось просить прощения у Бога при посредничестве священника. И в более широком плане все наши ограничения в плане морали и нравственности восходят к викторианским.
- Тогда какой был смысл городить весь этот огород с атеизмом и новой моралью? – спросила миссис Робертс, - Можно бы было вместо отмененного короля назначить начальником церкви обер-прокурора или совет по делам религии, а рядовой персонал оставить на местах с сохранением обязанностей. Так бы вышло намного дешевле.
- Полагаю, они сначала снесли церковь до основания, а потом поняли, что обществу, которое они строят, тоже нужны морально-нравственные ограничения, - сказал мистер Робертс.
- Да уж, - вздохнул Стивен, - Падение трудовой дисциплины после революции было просто невообразимым. Пролы приходили на работу пьяными, опаздывали и даже прогуливали. Первое время к ним пробовали представить надзирателей. Пробовали даже вводить тюремные порядки на некоторых заводах.
- Помогло? – спросил Мерфи для поддержания беседы, заранее зная ответ.
- Абсолютно нет. Во-первых, надзиратели происходили из того же общества, что и рабочие. Они тоже пили и прогуливали. Стало больше поводов для конфликтов, но трудовая дисциплина нисколько не улучшилась. А там, где людей заставили работать за решеткой, упало качество и производительность труда. Причем в обоих вариантах производительность в пересчете на одного сотрудника свалилась катастрофически. И производительность относительно фонда оплаты труда тоже. Ведь всякие там надзиратели и охранники входят в штат, получают деньги, но ничего не производят.
- Может быть, Партия и рада была бы восстановить церковь, - сказал генерал Эллиот, - Но эту структуру слишком быстро демонтировали. Зато старшее поколение отлично помнило, чего пролам не положено делать по моральным основаниям. Росчерком пера создали Министерство Любви и возложили обязанности священников на тех, кто только что их расстреливал.
- Надо сказать, они справились, - ответил Мерфи, - Вытащили из тюрем недобитую интеллигенцию старого режима, и она за пайку выше тюремной принялась воспевать ту же мораль сословного общества в новой терминологии.
- С тем же результатом, - недовольно сказала миссис Робертс, - Современная партийная молодежь полностью аморальна, а про беспартийную и говорить нечего. Некоторые делают удивительную карьеру через постель.
Миссис Робертс бросила взгляд на Эдварда. Определенно, она чувствовала неприязнь к спутнику профессора.
- Вы так смело обо всем говорите, - ответил тот, - Не боитесь, что кто-нибудь донесет куда положено?
- Мальчик, - строго ответила миссис Робертс, - Если найдется такой клинический идиот, который рискнет настучать на Железную Леди, то на следующий день у меня в приемной будет сидеть сотрудник Полиции Мысли в погонах не меньше полковничьих с оригиналом доноса. С предложением на мой выбор или просто отменить доносчика, или отменить его в особо извращенной форме.