— Роман Георгиевич, вы юридически относитесь к Роду Пастелей. Вы тоже Тёмный? — немного торжественно спросила Тамара.
— Упаси боги, — криво усмехнулся Ромка. — Конечно, нет.
— В таком случае, где ваш диплом? — Тамара в упор посмотрела на моего зама.
— Он… вот чёрт, — Ромка потёр переносицу. — Я приказал начальнику отдела кадров Гильдии подготовить все документы и отослать их вам. В тот день Гильдия сгорела.
— Боюсь, вы должны будете предоставить мне документ, — жёстко сказала Леонтьева. — Вы и так являетесь просто чудовищным провокационным фактором для проверяющих. А если они ещё и несоответствие в документах увидят, то нам всем станет весело. То же самое касается и вас двоих, — и она повернулась к молчавшей Ванде и Егору.
— И что будем делать? — спросила Ванда, глядя при этом на Гаранина.
— Дима, звони Троицкому, — ответил за всех Егор. — Договорённость между школой и СБ была, я точно это знаю, иначе у нас бы Ахметова индивидуальный курс не вела. А у Романа диплом был, ему нужно только дубликат выписать.
Я встал из-за стола и подошёл к окну. Как-то резво эти твари зашевелились. Мне никогда не простят ни Ваню с его ребятами, ни Ромку. Сейчас они пытаются действовать более-менее в рамках закона, но это вряд ли долго продлится. На Ваню у нашего правительства ничего нет. С ним они утрутся, но вот лишить меня Ромки и Ванды с Егором попытаются. И Тамара права, нельзя давать им повода. Вытащив телефон, я набрал номер крёстного, наблюдая, как в знакомый до последнего камня тупик заезжает мусоровоз.
— Дима, что-то случилось? — голос Славы звучал раздражённо.
— Нам нужны дипломы, — сразу же выпалил я, даже не поздоровавшись.
Воцарилось молчание. Фоном раздались глухие шаги, видимо, крёстный куда-то пошёл. Я терпеливо ждал, когда он возобновит разговор. Раздался какой-то щелчок, странный гул, и Слава наконец-то ответил:
— Нет, не получится.
— Ты даже не знаешь, кому они нужны, — я нахмурился, продолжая смотреть на мусоровоз.
— Знаю, — Слава замолчал, выдержал короткую паузу и продолжил: — Ты меня не посвящаешь в свои дела, и я не в курсе того, что вы натворили, но со стороны напоминает муравейник, в который ты с ходу воткнул палку. У меня сейчас специальная комиссия школу вверх ногами ставит. Я распустил все младшие курсы по домам, отменив для них экзамены и освободив от практики. Остались только выпускники, которым предстоит сдавать выпускные экзамены.
— Почему ты не можешь выписать Роме дубликат, а Ванде с Егором выдать дипломы? — с нажимом в голосе спросил я.
— Дима, я пытаюсь тебе объяснить…
— Подожди, я ставлю громкую связь, чтобы все могли твои объяснения услышать, — и я оторвался от унылого зрелища за окном, и сел на своё место, положив телефон на стол. — Можешь начинать.
— Гаранину я не могу выписать дубликат. Он давался ему на специальных условиях, и информация об этом сгорела вместе с частью архива. Сейчас же мне не удастся предоставить этим чёртовым проверяющим ничего, что подтвердило бы обоснованность этой выдачи. Роман не является главой Рода, он входит в Род Пастелей, и выпускные экзамены никогда не сдавал. Вы улавливаете мою мысль? — раздражение в голосе Троицкого усилилось.
— А Вишневецкая и Дубов? — спросил я.
— Они тоже не сдавали выпускные экзамены, и мне тут совсем недавно намекнули, что школа никак не связана со Службой Безопасности, и все договорённости между нами расторгнуты Министерством образования в одностороннем порядке, — Слава вздохнул. — Кстати, тебе я диплом как раз выписал. Ты официально проходил обучение в школе, когда умер твой регент и ты вынужден был принять на себя Род.
— А вот это очень хорошо, — быстро проговорила Тамара, вырвав лист со своими заметками, убирая любое упоминание о том, что я имею какое-то отношение к Тёмным. — Когда диплом Дмитрия Александровича доставят? — деловито уточнила она.
— Я его уже отправил с курьером, — ответил Троицкий.
— Что ты можешь предложить насчёт остальных? — я потёр лоб и закрыл глаза.
Если проверяющие докопаются до этой мелочи, то против нас могут начать информационную войну. Против Оракула они не попрут, кишка тонка, но представить нас сборищем неадекватных убийц — вполне. И любое наше дальнейшее действие может после этого столкнуться с сильным негативом. При хорошем умении подогреть подобный негатив — раз плюнуть, и вперёд на баррикады. При падении Империи именно здание СБ взяли первым в чудовищной гражданской войне. Даже императорский дворец стоял вторым в этой очереди.
— Пускай едут сюда, — после продолжительной паузы заявил Троицкий. — Повторюсь теперь уже для всех, младшие курсы я распустил по домам. А выпускникам не до вашей компании, у них экзамены. Получат допуски, сдадут единый экзамен и вперёд на свободу с дипломами в руках.