— Да, я как раз собирался до вас прогуляться, — указав рукой на дверь, я первым зашёл в кабинет. — Проходите, Богдан Матвеевич, я вас внимательно слушаю.
Глава 8
— Хорошо, что ты на месте. Мне позарез нужен этот чёртов допуск, — как только Роман положил телефон в карман куртки, он открыл дверь кабинета целебной магии и вошёл внутрь.
— Какой тебе допуск? — подняла воспалённые глаза Ахметова и, сняв очки, посмотрела на Гаранина.
— По твоему предмету. У меня нет времени заниматься этой ерундой, — он положил документы перед ней на стол и опёрся обеими руками на столешницу, пристально глядя ей в глаза.
— Рома, ты был на моих занятиях за четыре года всего пять раз. В самом начале и в конце каждого учебного года, — насмешливо сказала Ахметова. — Ты ничего не знаешь о целительстве.
— Зачем мне что-то о нём знать, если у меня есть ты и деньги? Что мне может дать твой предмет такого важного? Как приготовить эликсир от головной боли за три медяка? Или заживляющую мазь за пять? Почему-то как остановить кровотечение от пулевого ранения ты здесь не преподаёшь, — холодно произнёс Гаранин, всё ещё не сводя взгляда с Ахметовой.
— Ты до омерзения в своих утверждениях похож на Диму, — поморщилась она. — До вас двоих подобных вопросов ни у кого не возникало.
— Они просто не решались с тобой спорить. Почему ты вообще здесь? — выпрямился Роман, снимая куртку.
— Потому что здесь эта чёртова проверка, и сегодня Троицкий просил меня быть на рабочем месте и принять зачёты у студентов, пока я окончательно не уволилась отсюда, — раздражённо ответила Ахметова.
— Кто сейчас с Бойко? — хмуро спросил Рома.
— Гаврилов. Ты же знал, что этот талантливый мальчик в своё время закончил медицинский колледж? Рома…
— Этот талантливый мальчик, как и ты, не смог за столько времени увидеть то, что поняли двое самых слабых и не слишком отягощённых интеллектом бывших наёмника! — прошипел Гаранин. — Почему ты сразу не заподозрила, что Лёшу травит подкупленная его замом медсестричка?
— А ты всегда подозреваешь во всём всех, с кем работаешь? — вопросом на вопрос ответила Ольга Николаевна, поднимаясь на ноги, но не выходя из-за стола. — Сейчас Бойко в безопасности и дня через три-четыре очнётся на радость всем нам.
— Ты поставишь мне зачёт? — Рома кивнул на бумаги.
— Нет, — упрямо ответила она.
— А я смотрю, тебе совсем не понравилось работать в СБ, — ласково протянул Гаранин, улыбаясь при этом.
— Ты что, мне угрожаешь? — удивлённо поинтересовалась Ахметова.
— Да, и это чертовски приятно иметь на тебя рычаги давления, — Рома подошёл к столу и подвинул бумаги ближе к ней. — Ставь свою ужасную подпись в месте, отмеченном галочкой, и я уйду отсюда так быстро, что ты даже обо мне не вспомнишь.
— Ты не сможешь меня уволить, — улыбнулась она и отодвинула бумаги. — Пора уже с Димой познакомиться, как со своим непосредственным начальником.
— Он иногда бывает в отпуске, оставляя меня за главного, и тогда у меня будут развязаны руки и действующее право подписи. А чтобы попасть к нему сейчас, тебе нужно будет пройти через Эдуарда Казимировича, которого ты не так давно очень жёстко унизила. Да и отчёт о твоей небольшой оплошности по Бойко уже лежит на рабочем столе нашего любимого начальника. Рокотов такой мерзко пунктуальный в плане написания всяких отчётов, — Рома снова подвинул к ней бумаги.
— При чём здесь Эдуард? — Ольга Николаевна непонимающе посмотрела на Рому.
— Так он же Димин секретарь, — Рома улыбнулся ещё шире. — Не советую в ближайшее время показываться им обоим на глаза. И это действительно искренний совет в честь нашей тесной дружбы. — Гаранин не стал поворачиваться на звук скрипнувшей двери, по шагам услышав, что в кабинет вошли Ванда с Егором. — Пиши, что я умный, неотразимый и очень способный мальчик.
— Если Вишневецкая за тебя сварит восстанавливающий эликсир, — Ахметова посмотрела на Ванду, резко повернувшуюся в сторону Романа. — Они у меня учились, в её знаниях я полностью уверена. И мне нужно что-то показать этой комиссии.
— Налей им яда. А вообще, не думаю, что это составит Вэн проблем, — и он посмотрел печальным и умоляющим взглядом на Ванду. Она улыбнулась и кивнула. — Вот видишь. Ставь.
Он схватил бумаги со стола, как только Ахметова поставила зачёт, и надел куртку.
— Осталась ботаника и боевая магия, — выдохнул Роман. — Не так уж сложно, наверное.