Говоря это, я нисколько не преуменьшал: Лена действительно выглядела так, словно все эти пять дней не сомкнула глаз. Она вздохнула, кивнула и, вытерев слёзы, направилась к выходу, отодрав наконец-то от меня кота, который явно хотел приложить лапу к моему выздоровлению, ну или наоборот, хотел добить, в зависимости от настроения. Я смотрел им вслед, пока дверь не закрылась, после чего повернулся к Ахметовой.
— Насчёт больничного крыла я потом разберусь, — тихо произнёс я, гипнотизируя её пристальным взглядом. — Почему я так долго валялся в отключке?
— Глубокая контузия, ушиб мозга, плавно перетёкший в отёк, пара сломанных рёбер, полное магическое истощение. Вот последнее было для меня загадкой, не знала, что Тёмных вообще можно осушить, — начала перечислять Ахметова. — На самом деле, такие штуки в мозге плохо диагностируются. Хорошо, что твои учёные умудрились выпросить у Белевского очень шикарное оборудование, существенно облегчившее мне диагностику.
— Не понимаю, — я дотронулся до лба. — Почему-то мне казалось, что травмы всё-таки не такие серьёзные. Нет, был, конечно, момент, когда я подумал, что это всё — конец, но меня переубедили.
— Полагаю, что усугубил травмы вертолёт, в котором вас, Дмитрий Александрович, перевозили, — Ахметова говорила настолько мягко, что я подозрительно взглянул на неё. С чего такая забота? — Это, конечно, всего лишь моё предположение, но, скорее всего, из-за разницы давления на разных высотах ваш ушиб мозга начал стремительно перерастать в отёк. Когда вас доставили ко мне, началось вклинение вещества мозга в большое затылочное отверстие, но в тот момент, когда я начала паниковать, этот перстень засветился, и симптомы медленно, но верно пошли на спад. Я была в шоке, ваша прибежавшая жена ничего не могла пояснить, как, впрочем, и все остальные. А Эдуард Казимирович просто отмахнулся от меня, заявив, что от ушиба мозга ни один, хм, Пастель, — она быстро посмотрела на внимательно слушавшего нас Бойко, — ни разу не умер, и этот случай считался бы ещё более казуистическим, чем его. Но было ещё очень много внутренних повреждений. Пришлось в экстренном порядке организовывать операционную и притаскивать хирурга. Его, кстати, Гаранин так запугал, что парень, похоже, ушёл в запой.
— Какие внутренние повреждения? — я откинулся на подушку, пытаясь понять, как в таком состоянии вообще сумел подняться, чтобы уничтожить этих уродов, закрыть портал, послав напоследок через него большой привет той твари, додумавшейся до такого. Потому что на той стороне обязан был кто-то находиться, чтобы держать окно, а учитывая, сколько энергии из нас тянул портал, с той стороны явно находился не самый сильный маг, не способный полностью осуществить самостоятельно эту подпитку, даже при помощи артефактов.
— Разрыв селезёнки и обильное внутреннее кровотечение. Вот с этим твоя семейная регенерация почему-то не справилась. Видимо, способность выкачивать жидкость и кровь из брюха позабыли вложить в её функции, — она только покачала головой и, взяв медицинскую карту, начала что-то туда вписывать, периодически косясь на мониторы.
Я кивнул и закрыл глаза. Был ещё один вопрос, крутившийся у меня в голове, но постоянно ускользал. Всё-таки прилично меня приложило.
— Кто-то ещё пострадал? — наконец спросил я.
— Ванда, — коротко ответила Ахметова. — Но её я уже выкинула отсюда. Ненавижу лечить бывших учеников. Правда, её дар…
— Что с её даром? — я невольно нахмурился.
— Её источник парализован, — немного подумав, неохотно произнесла Ольга Николаевна. — Такие случаи описаны, вот только…
— Что? — я заметно напрягся.
— Главное правило, которое должен помнить любой маг любой силы: никогда не осушай свой источник досуха. Источник не заблокирован, а именно парализован из-за полнейшего истощения.
— Её дар восстановится? — прямо спросил я.
— Есть такая вероятность, — немного подумав, ответила она. — Подобные случаи описаны, но, я скажу так, за время моей практики, я ещё не встречалась с подобным. Будем надеяться на чудо, потому что лекарствами и работой с её источником со стороны этого сделать невозможно. Но даже если дар к ней вернется, мы не сможем спрогнозировать, как именно это отразится на источнике и её магии в целом. Маг, даже на время лишившийся силы, может быть очень опасен, в первую очередь для себя самого. Она может стать нестабильной, а так как Ванда — воздушник, то… сам понимаешь. Вы просто должны быть готовы к небольшому торнадо в отдельно взятой комнате. Романа я уже предупредила, он проследит, чтобы ничего слишком катастрофического не произошло, — Ахметова в последний раз сверилась с показаниями мониторов, посветила мне маленьким, но очень ярким фонариком в глаза, кивнула и отошла от кровати.