Я скрипнул зубами и с силой вдавил окурок в стеклянную пепельницу. Твою мать! Где этот чертов выход из дерьма, что обложило меня по всем фронтам?!
– Кот?.. – сразу же заткнулся вернувшийся Рустам, когда я бросил на него злой взгляд и теперь мялся, как баба, переступая с ноги на ногу.
– Ну? – рыкнул я, чтобы он, наконец, вытащил язык из задницы.
– Тут это, – покачал он телефоном в руке. – Есть наводка.
– Кто?
– Местный дилер из городка к югу отсюда. Говорит, узнал её по фото.
Я поднялся и направился к лестнице, по пути бросив Рустаму:
– Координаты и контакт этого парня мне на телефон. Жду.
– Может, я с тобой?
– Сделаю вид, что не услышал.
***
Я припарковался у неприметной, дешёвой кафешки и вышел из машины. Осмотрелся – кроме здания кафе, никаких строений, лишь лес на километры по обе стороны от дороги. Уютное местечко. Незаметное.
Уже хотел набрать номер наводчика, но увидел несущуюся на высокой скорости машину, которая после крутого разворота, сопровождаемого визгом шин, припарковалась рядом. Из потрёпанной временем десятки выбрался парень, самодовольно выдавливая лыбу на всё лицо.
Кретин.
– Почему не на месте? – холодно поинтересовался я.
– Дельце нарисовалось, – повёл он бровями и махнул рукой, предлагая следовать за ним: – Она внутри. Трудится с самого утра, как пчёлка.
Я скривился, чувствуя нарастающее раздражение, бьющее в виски, но всё-таки пошёл следом.
В кафе воняло фастфудом, хлоркой и дешёвым кофе. И мы оказались единственными посетителями. Удобно.
Что ж, веснушка, сейчас узнаем удастся ли тебе спастись и в этот раз. Если этот придурок тебя не перепутал с кем-то похожим. А судя по его стеклянным глазам, такое имеет место быть. Видать, и сам крепко сидит на собственном товаре. Дважды кретин.
– Вон мой столик, – махнул торчок рукой к окну, а присаживаясь на стул, осмотрел зал, снова улыбаясь, как долбаный психопат: – Тут она, поди посуду мыть пошла. Я конкретно офигел, когда меня нелёгкая занесла сюда и я узнал девку! А она ещё улыбнулась, когда заказ принимала, и я такой: трындец, вот подвезло-то, точно, как на фотке. И такой: надо срочняк позвонить нужным людям, помочь, так сказать, своим, ведь отблагодарят по заслугам, добрые люди...
– Заткнись, – снова скривился я.
Грёбаный наркоша, благодарности он захотел...
Я буравил взглядом дверь в подсобку долгих десять минут и, наконец, перевёл глаза на парня, который уже заметно волновался, ёрзая на месте, и равнодушно поинтересовался:
– Ну, и где она?
– Да здесь она, куда ей деться, – успокоил он себя и привстал, обращаясь, судя по всему, к повару: – Эй, Махмуд-Бахмуд, где твоя официантка?
– А? – поднял голову мужик за прилавком, отвлекаясь от нарезки овощей и озадаченно уставился на нас, словно только заметил.
– Девка, где, спрашиваю? Заказ у нас принять!
– Ёй, простыте, господа хорошиэ, – обтёр он руки о халат, чуть ли не пританцовывая, и начал оглядываться: – Сычас всё будыт в лудшем видэ! Алына?!
Он ещё пару раз проорал её имя на всю Ивановскую и скрылся из виду.
Я перевёл глаза на парня и, достав сигарету, медленно прикурил. Тот нервно улыбнулся и сразу же отвёл взгляд. Правильно, парень, трещит по швам твоя призрачная надежда на благодарность от добрых людей. Как бы наоборот не вышло.
– Я здэс, мои родныэ, – выскочил из подсобки мужик, с “безграничным радушием” протягивая к нам руки. – Сам прыму заказ, сам прыгатовлу, палчыкы облыжитэ!
Я потушил окурок и поднялся:
– Пошли.
– Но... Где девка? – взвился парень, подскакивая к мужику. – Где эта сука?
– Э-э-э, нэ надо так молодой чэловэк...
– На выход – я сказал.
И больше не оборачиваясь, направился на улицу. Если ещё не растворил в наркоте остатки мозгов, то поймёт, что лучше пойти следом. Впрочем, “лучшее” ему так и так не светит.
Про наличие хоть капли ума я сильно погорячился, потому что это ушлёпок выскочил следом только через семь минут. Как удачно, учитывая то, что у меня кулаки чешутся уже несколько дней, а ярость буквально умоляет излить её на чьём-нибудь лице.
– Сбежала, сука! Вещи, сумка здесь, а её – нет! Далеко не ушла, отвечаю!
Я выкинул окурок и хлопнул парня по плечу, сухо улыбнувшись, а затем схватил за шею и с силой впечатал его морду в капот его же тачки. Парень заскулил и схватился за окровавленный нос, когда я его выпрямил обратно.