Он постарался показать руками высокую талию и высокий воротник.
— Какого цвета? — добивался Станден.
На этот раз мальчик не колебался:
— Как вареные креветки.
— Красное?
— Розовое, — поправил Тэдди.
Станден, вертя головой, оглядывал толпу. Не менее трети всех женщин были одеты во что-нибудь розовое. Осознавая, что эта задача ему не по плечу, если только не удастся добиться от Тэдди какой-нибудь выдающейся черты разыскиваемой тети, он спросил:
— Твоя тетя брюнетка?
При этом он указал рукой в направлении молодой женщины с лошадиным лицом, которая обеспокоенно оглядывалась вокруг, словно искала потерявшегося ребенка.
— Не-е, — поморщился Тэдди. — Моя тетя не безобразная. И волосы у нее не черные. У нее светлые волосы, как у меня.
— Ну, наконец хоть что-то, — сказал Станден, обратив внимание на бледно-золотистые волосы мальчика. — Значит, твоя тетя Грейс — хорошенькая блондинка.
И, коротко рассмеявшись, добавил:
— Но старенькая.
— Знаешь что, — Тэдди захихикал. — Конечно, ей бы это не понравилось, но она уже столько раз приезжала в город, что мама говорит, она безнадежна.
— Да ну?
Станден перевел взгляд с приятной молодой девушки в красивом розовом платье на более угрюмую леди в красноватого цвета мантилье.
— И Хью, и Кейт, и я — мы не позволим ей умереть старой девой, — доверительно рассказывал Тэдди, точно знал Перри всю свою жизнь. Он вздохнул. — С ней так интересно. Жаль, что она не моя мама!
Стандена заинтересовала эта неизвестная тетя Грейс, которая смогла вызвать в мальчике такое чувство любви. Он вспомнил свою мать, всегда державшуюся отчужденно, нет, — просто холодно.
— К сожалению, Тэдди, мать не выбирают.
— Просто не повезло, — сказал мальчик и прижался щекой к спине своего героя.
Почувствовав в этом жесте одиночество, Станден закинул руку назад и потрепал Тэдди по руке.
— Ну неужели настолько, а?
— Ну, мама не любит собак — по крайней мере не хочет держать их в городе — и нас редко берут в Сомерсет, где дедушка держит своих гончих.
— Это еще не причина, чтобы не любить свою мать, — заметил Станден довольно сурово. — Ты, наверное, очень капризный мальчик.
— И мама так говорит, — подтвердил Тэдди, вовсе не обидевшись. — Я постараюсь исправиться. Потому что, когда я плохо себя веду, мама не разрешает тете Грейс рассказывать нам всякие интересные истории. Их у нее много.
— Значит, мама у тебя строгая?
— Да нет, — задумчиво ответил мальчик, — она вздыхает, и поднимает вот так глаза.
И Тэдди очень похоже изобразил раннехристианского святого, на что его спаситель ответил понимающим кивком.
— Я вижу, ты понимаешь, как это бывает?
— Да, но наверное, для тети Грейс это вовсе не свойственно?
— О нет, — заверил его Тэдди. — Она — женщина редкого здравого смысла, — сказал он, вспомнив этот отцовский комплимент в адрес Грейс. И потом добавил: — Тетя Грейс любит собак.
— Тогда давай-ка срочно искать этот образец женской добродетели, пока какой-нибудь болван, прельстившись ее достоинствами, не увел ее у нас из-под самого носа, — рассмеявшись, сказал Станден.
Внезапно Тэдди пришла в голову мысль, что, возможно, Перри и есть ответ на их молитву о тете Грейс: он так же хорош собой, как и любой принц из сказки, и он добрый — по крайней мере к испуганным потерявшимся мальчикам. И, если принять во внимание модный покрой его одежды и породистую лошадь, Перри, несомненно, богат.
Да, решил Тэдди, он подошел бы в самый раз. Однако, не стоило сразу раскрывать ему все карты.
— Так, — сказал, наконец, мальчик, словно договариваясь о сделке. — Ты мне нравишься, Перри, и поэтому я познакомлю тебя с моей тетей.
— Надеюсь, ты не забыл, как она выглядит, — проговорил Станден сквозь смех.
— Нет, конечно, — коротко ответил Тэдди, думая про себя, какими глупыми иногда бывают взрослые.
— Она похожа…
Обернувшись по сторонам, он вдруг воскликнул:
— Перри, посмотри-ка! Вон же она.
И стал так энергично размахивать руками, привлекая ее внимание, что это даже испугало герцогова боевого коня.
— Тетя Грейс! — крикнул он. — Сюда! Я здесь!
Не давая коню встать на дыбы, Станден натянул вожжи. Он услышал женский возглас: «Тэдди! Как же ты напугал меня!» Именно этот голос не давал ему покоя последние две недели. Тетя Грейс оказалась «нашей мисс Пенуорт»…
Сдерживая накативший вдруг несвойственный ему восторг, он сурово напомнил себе об оскорблении, нанесенном ему в Ньюбери, о бале в доме Рамзи, когда она с улыбкой приняла приглашение Фредди Гейтса на танец, хотя они были заняты приятной беседой. И она даже не поблагодарила за присланный ей букет после того злополучного бала. Направив своего коня в сторону мисс Пенуорт, он решил, что ради Тэдди будет с ней мил и ласков, но и только, и потом просто поедет своей дорогой.