— Я спрашиваю, что здесь произошло? — уровень раздраженности в голосе повышался, и, кажется, скоро мог достигнуть высшей точки. Рыцари молчали, и учитель по стрельбе, что замещал их тренера, уже хотел сам ответить. — Не нужно, учитель, спасибо! Им не по пять лет.
— Небольшая потасовка. — Наконец громко произнес Дидье.
— Да что Ты говоришь? Быстро назвались, кто в этом участвовал.
— Дидье Пэссон! — он сделал шаг вперед. Следом наступила крысья тишина. На службе так говорили, когда виновный не признавался в содеянном. Была ли на деле тишина в тот момент, было не столь важно.
— Сам с собой потасовку устроил?
— Никак нет!
— Веньсан Лидио!
— Оба за мной! — он повернулся к выходу. — А Ты не стой тут, и иди куда сказано! — проворчал капитан, проходя мимо удивленного Лазара.
Времени узнавать, что случилось, не было, так что он быстро ретировался. На время, в которое он наблюдал за всем этим, его головная боль утихла, словно позволяя ему разобраться в случившемся, но стоило оказаться на улице, как она ударила с двойной силой, так что, ускорив шаг, Лазар быстрее пошел в мед часть. Там ему дали какой-то чай и сказали сидеть в коридоре, чтобы в кабинете по чем зря не мешался. Окно в коридоре выходило на восток, так что не было возможности увидеть, что там около тренировочных залов для стрельбы. Возможно где-то там, у одной из дверей все еще стоял капитан и отчитывал парней, но этого, к сожалению, было не видно.
В столовой по соседству уже что-то готовили, хоть до ужина было ещё много времени, но запах добрался даже до этих коридоров, видимо только недавно проветривали. Просидев там всю тренировку, он почувствовал, что его головная боль прошла, так что спокойно отправился на следующую.
Всю следующую неделю голова лишь изредка беспокоила его.
— Кажется, она вообще тебя по жизни не беспокоит. — Ухмыляясь, ответил на высказывание друга Михель, за что тут же получил подзатыльник.
В понедельник, перед началом дежурства по городу, их собрали перед центральным зданием и разделили на группы. Это была дневная смена их роты, так что ее поделили пополам, так как им все ещё нужно было тренироваться. Главнокомандующие, в отличие от рыцарей, были не рады, что они вообще должны отправлять своих людей, перед таким важным заданием, патрулировать улицы города. Но королевский приказ не обсуждается. Точнее он все-таки обсуждался, но было сказано, что они не могут совсем отстранить их, так как городской полиции не хватает, а нарушать порядок дежурств нельзя, ведь после отъезда и так придется ставить одни и те же роты, так что договорились на деление рот и понедельник полностью отдать под тренировки.
Так как их собирали в свободное, после ужина, время, то по окончании объявления, они отправились на урок по выживанию. Уроки проводили в одном из тренировочных залов, предназначенных для рукопашного боя, так как больше нигде не было места, чтобы разместить сразу три роты. Все просто усаживались на пол, слушали, кто-то записывал, периодически кого-то вызывали на «сцену», которая представляла собой просто немного свободного пространства, чтобы он продемонстрировал сказанное учителем. Лазар старался всегда внимательно слушать, но записывать не видел смысла. Даже если он захочет повторить что-то, то может взять блокнот у Марина, который, как прилежный ученик, делал записи.
Следующее утро было сменой дежурства их комнаты, так что парни начали одеваться, важной деталью их формы были металлические щитки, которые надевали на первый облегающий слой одежды, под все остальное. От пули это не спасет, но от ножа защитит, а на дежурстве большего и не требовалось, так как пьяные хулиганы редко имели при себе что-то помимо разбитой бутылки или маленького ножечка. После завтрака они снова собрались перед главным зданием, где их распределили на районы по парам. Удобно, что все рабочие пары заверялись капитанами, так как их капитан был не против, если друзья хотели встать парами. Сложнее было, если кто-то хотел поменять свои пары — это была волокита с бумагами, а Бинур это терпеть не мог.