— Нам с Эрваном надо взять ещё пять тыквенных булочек. Капитан не хотел нас отпускать, пока мы ему это не предложили.
— Вас тоже? Ах, он… — Готье не стал договаривать.
— С вас тоже потребовал? — Михель рассмеялся. — Видимо он очень давно их не ел.
Выбрав еду, чай и по бокалу коньяка, рыцари начал разговор, делая вид, что не замечают пару девушек, что рассматривали их с барной стойки.
— А Я рассказывал, как мы сюда с первогодками ходили, среди них Марин ещё был, и Я их пугал историей, почему таверна так называется?
— Раз семь, Перш, — отозвался Михель, что ответно решил посмотреть на длинноволосую русую красавицу и улыбался ей.
— А Я и того больше, — улыбнулся Дидье.
— Почему Я не слышал эту историю?
— Ты слышал, Эрван, — Михель повернулся к нему, — просто у тебя, как и у него, плохая память. Только если он не помнит, что рассказывал, то Ты не помнишь, что тебе рассказывали.
— Вот и отлично! — заткнул его Готье. — Значит, Я снова её расскажу ему!
— Пойду, покурю. — Дидье поднялся и вышел из-за стола. — Михель, со мной?
— Нет, мне и тут неплохо.
— Ладно, дыру в ней только не сделай.
— В каком смысле?
— А это Ты сам решай, Я в твою интимную жизнь лезть не хочу.
Все прикрыли рты руками, чтобы их не посчитали не очень хорошими людьми от того, что они смеются над подобной шуткой.
— Ну, так, слушай! — начал мужчина, когда успокоился. — Было это недавно, месяц тогда прошел, как Марин со всеми его одногодками поступил сюда, в нашу роту то человек тринадцать всего добавили, и они как-то сразу разделились на две группы. И вот стою Я как-то на тренировке, по холодному оружию это было, как сейчас помню, а они, группка, где Марин был, недалеко стоят и разговаривают. Слышу, говорят о том, что хотят в город выйти, найти место какое-нибудь приличное, чтобы отпраздновать их зачисление и первую зарплату. Ну, Я к ним и подошел, говорю: «Услышал случайно ваш разговор, знаю хорошее место, куда все наши ходят. Могу сводить». Они согласились, попросили в тот же день сходить вечеров, в свободное время и время ужина. А вы же нашего капитана знаете, Я им и сказал, что если они договорятся, чтобы он подписал разрешение, то, пожалуйста. И договорились же! Правда, капитан тогда сказал, что под мою ответственность. — Он неожиданно отвлекся, и Эрван с Михелем посмотрели в ту же сторону, что и он. За окном стоял Дидье и смеялся глядя на них, а когда понял, что его заметили, отвернулся и продолжил курить, но по тому, как тряслись его плечи, было понятно, что он продолжает смеяться.
— Что это с ним? — неуверенно спросил Эрван.
— Не обращай внимание, он идиот просто. — Улыбнулся Михель.
Поммюр мог предположить, почему его сослуживиц заливался смехом. Скорее всего, со стороны, ещё и зная контекст, они выглядели комично. Рыцарь с проблемами с памятью, что по десятому разу рассказывает одну и ту же историю, второй такой же, что слушал ее по тому же десятому разу, и Михель, что витал в облаках и продолжал глупо улыбаться и любоваться девушкой за стойкой, но нельзя отрицать тот факт, что она действительно была очень красива.
— Так вот, — продолжил Готье, игнорируя смеющегося друга, — пришли мы сюда, заказали все, и сидим, разговариваем. Тут выходит хозяин, даже не знаю, как мне пришло такое в голову, само как-то, Я возьми и спроси: «Хотите узнать, почему это место так называется?» Они, конечно, заинтересовать. — Красавица расплатилась с барменом и вышла из таверны вместе с подругой, на прощанье, помахав Михелю рукой. Тот расстроенно вздохнул и повернулся к сослуживцам. — Ну, Я и давай им рассказывать: «Видите того темного мужчину, что без правой руки. Это хозяин таверны, он сам с другого берега, из тех немногих мест, где ещё остались русалки. Он там, когда жил был рыбаком. И вот, вышел один раз в море со своими на трое суток. Просыпается на вторую ночь, по ясным делам, идет к борту судна, курит и тут слышит ее. Песнь!» Ох, у них уже тогда лица перепуганные были.
— Что Я пропустил? — к ним вернулся Дидье.
— Он как раз на самом интересном, — без особого энтузиазма, просветил его Михель.