Та же самая удивительная двусторонняя дыра во времени приносит нашим детям всё остальное. Странные пластиковые фигуры властителей вселенной, которые делают с воображением то же, что наждачка с помидорами. Инопланетные игрушки. Возможно, это делается специально, чтобы превратить детей в Зоидов. Как поется в песнях, лучше смотреть в оба.
Но мне не кажется, что это сработает. Я заглядывал в кукольный домик дочери. Старый Краак обретается там с тех пор, как у него сели батарейки, а мегапушки отвалились. Мистер Т. жил там пару лет, когда обнаружилось, что ему подходит одежда для Барби, а пластиковая женщина-кошка нашла приют в ванной.
Я не знаю почему, но это внушило мне надежду. Краак пил чай с механической собачкой, тремя куклами и двумя супергероями. И он никого не пытался разорвать. Что бы ни делал Санта-Клаус, мы всё равно победим.
А теперь мамы и папы будут уводить вас домой. Не забудьте взять с собой шарики и конфеты. Не забывайте, что скоро Отец Рождество принесет подарки всем мальчикам и девочкам, которые хорошо себя вели.
«Космическая одиссея 2001 года»: ожидание и реальность
Sunday Times, 24 декабря 2000 года
Журналисты в Великобритании, а вообще-то и во всем мире, с трудом отличают авторов фэнтези от авторов научной фантастики. В их блокнотах я записан как «можно спросить про НФ». Когда на знаменитом марсианском метеорите ALH84001 обнаружили что-то, что могло оказаться следами жизни, за комментарием пришли ко мне. Правда, с учетом того, что у них было примерно двенадцать секунд на мои слова, это ничему не помешало. В течение двенадцати секунд экспертом может быть любой человек, учившийся на журналиста.
Этот текст меня попросили написать по похожим причинам. Теперь я могу немного его отшлифовать. Вся техника успела сильно – или несильно – устареть. В этом проблема будущего. Оно не живет долго. Впрочем, это журналистика, а она не обязана вечно оставаться верной. Только до завтрашнего утра. Но мне понравилось это писать.
Бам… БАМ… БАААМ! (дин-дон-дин-дон-дин-дон дин… дон…)
Таких фантастических фильмов еще не снимали. Да и приблизились к этому уровню немногие. Тут не видны были никакие веревочки. Всё выглядело, как положено. Даже диалоги работали, хотя порой создавалось ощущение, будто герои пытаются продать друг другу страховку. Они не говорили: «Сдохни жуткой смертью!» Они говорили: «Как поживает ваша очаровательная дочь?»
И с научной точки зрения всё было отлично. В космосе было тихо и просторно. Он был полон жуткой удушающей тишины и звуков человеческого дыхания. Это было великолепно. Нас зачаровал фильм, несколько минут мы просто смотрели, как космический корабль причаливает к космической станции. Никаких взрывов, никаких чужих, никаких выстрелов. Просто… величие. И технология, отточенная до стадии балета.
Эх.
Я помню этот космический корабль. В те времена у нас были настоящие космические корабли, не то что сейчас.
Если подумать, сейчас их не так и много. Я вырос, думая, что увижу первого человека на Луне. Мне и в голову не могло прийти, что последнего я тоже увижу. Мы думали, что на Луне будет база. А оттуда мы полетим на Марс.
В 1968 году будущее было другим. Оно было чище, людей там было гораздо меньше. И еще оно казалось… старомодным. Мы думали, что будущее понесет нас вперед, как огромная волна. Мы думали, что увидим ее. А вместо этого она затекает нам под ноги и постепенно доходит до ноздрей, пока мы заняты другими делами. Мы живем в научно-фантастическом фильме и сами этого не замечаем.
Да, базу на Луне мы не выстроили. Потому что космическая гонка оказалась только безумным придатком международной писькомерки. Поэтому исследование космоса мы оставили летающим наборам лего, а сами заполонили орбиту скучными спутниками, которые делают всякие скучные вещи.
Помните трансатлантические телефонные звонки? Обычно они происходили на Рождество, требовали огромной суммы денег и долгих технических переговоров. А потом мы еще кучу времени тратили на вопрос: «У нас темно, а у вас?», и долго удивлялись, что в одно и то же время времени может быть два. А недавно я позвонил домой, пока гулял по австралийскому Перту – спросил, как поживает кошка. Я просто набрал номер. Ничего интересного. Даже не спросил, темно ли у них.