— Утечка подтверждена. Человека нашли.
Матео кивнул.
— Плохо. Нартюри не прощают возможности.
Маркус хотел ответить, но телефон в его кармане зазвонил.
Экран вспыхнул именем: Сацуки.
Сердце на секунду сбилось с ритма.
— Я отойду, — коротко сказал он.
Матео проводил его внимательным, чуть подозрительным взглядом.
Отойдя к аллее кипарисов, Маркус ответил.
— Да.
— Привет… это я, — прозвучал в трубке её голос. Тёплый. Немного сонный.
Мир вокруг будто стал тише.
— Доброе утро, — мягче сказал он, чем планировал.
— Ты звучишь странно. Всё в порядке?
Он посмотрел на охрану, рассредоточенную по периметру. На камеры. На высокий забор.
В порядке.
Никогда не было.
— Просто много работы.
Секунда тишины.
— Я хотела увидеться сегодня, — тихо сказала она. — Ты сможешь?
Он закрыл глаза.
Если начнётся война, её имя будет первым в списке у тех, кто захочет ударить по нему.
— Да, — о
— Господин, просыпайтесь, у нас проблемы! — Рен буквально ворвался в комнату, даже не подумав постучать.
Маркус резко открыл глаза. Он спал чутко — годы научили его просыпаться от малейшего изменения в воздухе. Одного тревожного тона было достаточно, чтобы сон исчез без следа.
Комната ещё тонула в полумраке. За окнами только начинал сереть рассвет.
— Рен… — его голос был низким, хрипловатым ото сна, но опасно спокойным. — Что должно было случиться, чтобы ты врывался ко мне в спальню?
Рен стоял в дверях напряжённый, бледнее обычного. Руки сжаты в кулаки, дыхание сбито.
— Нартюри… Они получили наши данные.
В комнате повисла тишина.
Маркус медленно сел на кровати. Одеяло соскользнуло на пол, но он этого даже не заметил. Его взгляд стал ледяным.
— Повтори.
— У нас был человек внутри. Мы доверяли ему три года. Сегодня ночью он передал копии контрактов и маршруты поставок людям Нартюри. Мы засекли утечку слишком поздно.
Маркус встал. Ни одного лишнего движения. Только пальцы медленно сжались в кулак.
— Как?
— Он действовал аккуратно. Использовал временные каналы, удалённый доступ. Мы заметили аномалию уже после передачи части файлов. Сервер заблокировали, но…
— Но было поздно, — тихо закончил Маркус.
— Да.
Несколько секунд он просто смотрел в пустоту, обрабатывая услышанное.
— Где он?
— Мы отправили людей. Он пытался скрыться. Телефон отключён. Машину нашли брошенной у старого склада.
Маркус медленно кивнул.
— Найдите его, Рен. Живым.
— Уже работаем.
Рассвет едва касался горизонта, когда Маркус подошёл к окну. Город просыпался, ничего не подозревая. Новый день начинался слишком рано.
— Какие данные ушли?
— Контракты с восточным портом. Часть маршрутов. И частичная информация о внутренней структуре.
Маркус резко повернулся.
— Частичная?
— Он не успел скачать всё. Мы физически отключили сервер.
Маркус провёл рукой по волосам.
— Если Нартюри воспользуются этим, начнётся война.
В голове вспыхнуло лицо Сацуки. Её тихий смех. Вчерашний поцелуй. Тёплые пальцы на его шее.
Он мгновенно похолодел.
— Усиль охрану дома, — сказал он жёстко. — И поставь наблюдение за Сацуки. Незаметно. Ни один лишний взгляд не должен к ней приблизиться.
Рен нахмурился.
— Думаете, они могут ударить через неё?
— Я думаю, что теперь возможно всё.
Когда Рен вышел, Маркус остался один.
Война ещё не началась.
Но он уже чувствовал её запах — тяжёлый, металлический, как кровь на холодном воздухе.
Через несколько часов Маркус спустился в подвал особняка.
Сюда он приходил редко. Только когда требовалось напоминание о правилах.
Холодные бетонные стены. Тусклая лампа под потолком. Металлический стол. Пятна, которые невозможно полностью вывести. Воздух пах сыростью, потом и страхом.
Сегодняшнее утро ясно дало понять — он снова окажется здесь.
В центре комнаты на стуле сидел связанный парень лет двадцати трёх. Лицо разбито, губы рассечены, под глазом наливался тёмный синяк. Руки привязаны к спинке, ноги — к ножкам стула.
Он поднял мутный взгляд, когда дверь скрипнула.
Маркус вошёл медленно. Без спешки. Надевая чёрные кожаные перчатки, он даже не посмотрел на охрану — те молча отступили к стене.
— Ну что, Ден, — спокойно произнёс Маркус, останавливаясь напротив. — Скажешь что-нибудь?
Парень сглотнул, сплюнул кровь на бетон.
— А что мне говорить? Ты уже всё решил.
Маркус слегка наклонил голову.
— Ошибаешься. У тебя был шанс. Всегда есть шанс.