Он не стал продолжать разговор и отошёл, чтобы отдать приказы.
— Усильте охрану. Периметр — под полный контроль. Проверять каждого, — коротко бросил он.
— Да, господин.
— И подготовьте комнаты. Никто не должен чувствовать угрозу.
Когда всё было сказано, Маркус вернулся в зал.
Сацуки уже разговаривала с Матео. Старик, как обычно, разряжал обстановку, и это даже немного помогло — она выглядела спокойнее.
Но не все.
Маркус сразу заметил Кая.
Парень сидел за столом, откинувшись на спинку стула, с мрачным выражением лица. Он не участвовал в разговоре, не ел, не пил.
Просто наблюдал.
И ждал.
Маркус направился к нему.
— Ну, Кай, — спокойно сказал он, садясь рядом, — ты с таким лицом сидишь, будто тебя сюда силой привели.
Кай даже не повернул голову сразу.
— А если так и есть? — холодно ответил он.
Маркус усмехнулся.
— Нет. Если бы тебя привели силой — ты бы сейчас не разговаривал со мной в таком тоне.
Теперь Кай посмотрел на него.
Взгляд был прямой. Жёсткий.
— Мне не нравится это место, — сказал он.
— Это нормально, — спокойно ответил Маркус. — Большинству не нравится.
— И ты этим гордишься?
— Я этим живу.
Кай хмыкнул.
— Вот это и проблема.
Маркус чуть наклонил голову, внимательно наблюдая за ним.
— Ты хочешь что-то сказать — говори прямо.
Кай подался вперёд.
— Я не доверяю тебе.
Прямо. Без страха.
Маркус кивнул, будто услышал ожидаемый ответ.
— Это разумно.
Кай на секунду даже растерялся.
— …что?
— В моём мире доверие — самая дорогая ошибка, — спокойно продолжил Маркус. — Так что ты всё делаешь правильно.
Кай прищурился.
— Тогда держись от неё подальше.
В зале стало тише.
Маркус не сразу ответил.
Он перевёл взгляд на Сацуки.
Потом снова на Кая.
— Это не тебе решать, — сказал он ровно.
— Мне, — жёстко ответил Кай. — Потому что это моя мать.
Маркус наклонился ближе.
Теперь их разделяло всего несколько сантиметров.
— Тогда научись защищать её правильно, — тихо сказал он. — А не бросаться на каждого, кто рядом.
— А если этот «каждый» — проблема?
Маркус слегка улыбнулся.
— Тогда сначала убедись, что сможешь её решить.
Кай сжал кулаки.
— Угрожаешь?
— Предупреждаю.
Тишина стала напряжённой.
Но Маркус вдруг откинулся назад, теряя интерес к конфликту.
— Ты ещё слишком молод, Кай, — спокойно сказал он. — И слишком прямолинеен.
— Зато не играю в игры, — ответил тот.
Маркус усмехнулся.
— Ошибаешься. Ты уже в игре. Просто ещё не понял правила.
Он встал.
— И если хочешь выжить — начни учиться.
Маркус развернулся и направился к выходу из зала.
Но остановился на секунду.
— И да… — добавил он, не оборачиваясь. — Я уже знаю, кто ты. Так что не трать силы на очевидное.
После этого он ушёл.
Дверь за Маркусом закрылась мягко, почти бесшумно, но напряжение, оставшееся после него, никуда не исчезло.
Кай сидел неподвижно, сжимая кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев.
«Он специально… он специально так говорит…»
Злость внутри него не утихала — наоборот, только разгоралась.
— Ты что творишь… — тихо сказала Сацуки, подходя к нему.
Её голос был сдержанным, но в нём уже слышалось беспокойство.
Кай резко поднял голову.
— Я? — усмехнулся он. — Я просто говорю правду.
— Это не просто «правда», Кай, — она опустилась на стул рядом. — Это провокация.
— А он? — Кай наклонился к ней. — Он, по-твоему, не провоцирует?
Сацуки замолчала.
Потому что… он был прав.
Но это не делало ситуацию проще.
— Ты не понимаешь, с кем имеешь дело, — тихо сказала она.
— А ты понимаешь? — сразу же ответил Кай.
И этот вопрос ударил сильнее, чем она ожидала.
Сацуки отвела взгляд.
На секунду.
Всего на секунду.
Но Кай это заметил.
— Вот именно, — холодно сказал он, откидываясь назад. — Ты сама не знаешь, кто он.
— Знаю достаточно, — ответила она, уже чуть жёстче.
— Нет, — покачал головой Кай. — Недостаточно.
Он поднялся.
Стул тихо скрипнул по полу.
— Такие люди не бывают «просто людьми». У них всегда есть причина.
Сацуки посмотрела на него.
— А у тебя её нет?
Кай замер.
— У меня есть ты, — тихо сказал он.
Эти слова прозвучали неожиданно спокойно.
Без злости.
Без вызова.
Просто… правда.
Сацуки на мгновение закрыла глаза.
— Кай…
— Я не хочу, чтобы ты снова ошиблась, — продолжил он. — Я видел, к чему это приводит.
Она резко подняла взгляд.
— Это не то же самое.
— Откуда ты знаешь?
Она не ответила.