Опека глава 2
— Что дальше, господин? — спросил Рен, пока другие подчинённые убирали тело Нартюра.
Маркус даже не посмотрел в ту сторону.
— Ничего. Дальше вы можете быть свободны.
А что касается этого подлеца — его тело порадует его семью, — холодно произнёс он.
— И да, пусть приведут комнату в порядок. У них есть десять минут.
— Да, господин, — поклонился Рен и вышел выполнять приказ.
Пока VIP-комнату приводили в порядок, Маркус покинул её и спустился в основной зал клуба. Музыка ударила по ушам, прожекторы скользили по танцполу, выхватывая из темноты фрагменты чужих тел и лиц. Всё вокруг жило своей обычной жизнью — будто этажом выше не оборвалась чья-то судьба.
Он подошёл к бару.
— Виски. Без льда.
Маркус повернулся к танцполу, наблюдая за смеющимися людьми, за бокалами, поднимающимися в воздух. Никто из них не знал, какой ценой оплачена эта ночь.
Он сделал медленный глоток. Алкоголь обжёг горло, но не принёс облегчения.
Ещё один вечер.
Ещё одно решение.
И ещё одна цена, которую кто-то заплатил вместо него.
Как только Маркус собирался вернуться в VIP-комнату, в него неожиданно врезалась девушка. Бокал с оранжевым напитком опрокинулся, и яркая жидкость залила его рубашку, оставив заметное пятно.
— Ой… простите меня, пожалуйста! — растерянно произнесла она и торопливо начала отряхивать и промакивать ткань салфеткой.
На ней было облегающее чёрное платье на тонких бретелях с высоким разрезом на бедре. Тёмные волосы с более светлыми прядями мягко спадали на плечи, а в её взгляде сквозь извиняющийся тон читалась уверенность — почти вызов.
— Ничего, всё в порядке. Не стоит, — сухо сказал Маркус, пытаясь аккуратно отстранить её.
— Как это — ничего страшного? — улыбнулась она. — Может, я могу как-то загладить свою вину? Или хотя бы постирать рубашку?
— Правда, не переживайте, — ответил он уже с лёгким раздражением.
И вдруг в памяти всплыл голос Матео:
«Маркус, у тебя нет ни жены, ни наследников… Клуб. Я надеюсь, ты там кого-нибудь найдёшь…»
Он снова посмотрел на девушку. Она держалась слишком уверенно для случайной гостьи. Словно знала, что делает. И зачем.
— Хотя… вы можете загладить свою вину, — сказал он, смягчив тон. — Если согласитесь провести со мной немного времени. Или хотя бы выпить со мной коктейль. Ну и номер телефона, может.
Девушка на мгновение задумалась, затем улыбнулась шире.
— Ну… коктейль с номером звучит вполне приемлемо.
— Тогда прошу, — Маркус жестом указал на бар.
— Как я могу к вам обращаться? — спросил он, когда они остановились рядом.
— Сацуки, — ответила она мягко.
— Маркус. И что вы будете пить?
— Мартини-тоник.
— Мартини-тоник для дамы. Мне — виски, — коротко сказал он бармену и снова посмотрел на неё. — Итак, коктейль есть. А теперь — номерок, пожалуйста.
Он произнёс это с усмешкой — тем самым тоном, которым никогда и никому не говорил «пожалуйста».
Сацуки спокойно встретила его взгляд, словно не боялась ни его имени, ни того мира, частью которого он был.
И в этот момент Маркус Кроу ещё не знал, что эта случайная встреча станет не просто отвлечением на одну ночь.
Она станет первым шагом к тому, что разрушит его контроль — и заставит сделать выбор, от которого уже нельзя будет отступить.
Музыка гремела, люди смеялись и переговаривались, но для Маркуса мир будто сузился до одного-единственного взгляда напротив. Неоновые огни расплывались по залу, шум растворялся в фоне — всё потеряло значение. Остались только ритм, полумрак и она.
Сацуки стояла слишком спокойно для этого места, словно клуб был всего лишь декорацией. Она чуть наклонила голову, внимательно изучая его лицо, будто пыталась прочитать то, что он привык скрывать.
— Вы выглядите так, будто вам здесь скучно, — заметила она с лёгкой усмешкой.
Маркус медленно перевёл на неё взгляд. В нём не было ни спешки, ни интереса — только холодная, выверенная внимательность.
— Я редко бываю там, где мне по-настоящему интересно, — ответил он ровно.
— Тогда зачем вы здесь?
Он задержал взгляд слишком долго. Почти вызывающе. Так, как смотрят не из любопытства, а оценивая.
— Иногда даже мне нужно напоминать себе, что я всё ещё жив.
Сацуки усмехнулась и сделала глоток коктейля, не отводя глаз. Её жест был неторопливым, уверенным — будто она прекрасно понимала, с кем говорит, и не собиралась отступать.
— Опасный способ.
— Опасность — единственное, что не врёт, — ответил Маркус. — А вы… вы не похожи на человека, который боится.
— А вы не похожи на того, кого стоит бояться, — парировала она.
Он тихо рассмеялся — коротко, почти беззвучно. В этом смехе не было веселья, только предупреждение.
— Обычно люди понимают это слишком поздно.
Маркус мог уйти. Прямо сейчас. Оставить этот разговор, этот взгляд, эту женщину — как сотни других до неё. Он всегда так делал.
Но судьба редко даёт второй шанс отказаться.
— Если я попрошу вас остаться ещё на один бокал, — произнёс он медленно, — вы согласитесь?
Сацуки посмотрела на него внимательно, словно взвешивая не просто ответ, а возможные последствия. В её взгляде не было страха — только осознанный выбор.
— Думаю… да.
Маркус едва заметно кивнул.
— Тогда считайте, что мы оба уже сделали выбор.
Она улыбнулась — спокойно, уверенно, без иллюзий.
— И пути назад больше нет?
— Нет, — тихо ответил он. — Уже нет.
Вокруг продолжали смеяться, разговаривать, танцевать. Эта лёгкость и беспечность были непривычны для Маркуса Кроу, почти чужды.
И именно в этот момент его телефон завибрировал в кармане пиджака.
— Прошу прощения, — коротко извинился он и отвернулся. — Да?
— Маркус, ты где? — донеслось из трубки.
— Да… сейчас буду, — ответил он и отключился.
Он снова посмотрел на Сацуки.
— Приношу извинения, но мне нужно идти. Запланированная встреча. Чисто деловая.
— Тогда… пока, — спокойно ответила она, без тени разочарования.
— Я надеюсь, мы ещё встретимся, — сказал Маркус, и в его голосе впервые прозвучало нечто большее, чем привычная вежливость.
Сацуки на мгновение задумалась, затем взяла салфетку, быстро написала на ней номер телефона и, улыбнувшись, коснулась её губами, оставив аккуратный след помады. После этого она протянула салфетку Маркусу.
— Я тоже на это надеюсь.
Попрощавшись, Маркус развернулся и ушёл, растворяясь в толпе и шуме клуба. Музыка снова ударила по ушам, чужие плечи скользнули мимо, кто-то смеялся слишком громко — жизнь вокруг продолжалась так, будто ничего не произошло.
Шаг за шагом с него спадала эта мимолётная лёгкость. Мысли возвращались на свои места, аккуратно выстраиваясь в привычный порядок. Контроль. Расчёт. Холодная ясность.
Салфетка с номером всё ещё лежала в его ладони. Маркус сжал пальцы, затем медленно убрал её во внутренний карман пиджака — туда, где он обычно хранил вещи, которые нельзя было потерять.
Он не знал, зачем это сделал. И именно это настораживало сильнее всего.
В зеркальных поверхностях стен мелькнуло его отражение — спокойное, отстранённое, без тени эмоций. Таким его знали все. Таким его боялись.
Он вновь стал тем, кем его знали.
Холодным.
Расчётливым.
Убийцей.
Но где-то глубоко внутри, под слоями привычной жестокости, уже появилась трещина.
Маленькая.
Опасная.
И слишком живая, чтобы её игнорировать.