Опека глава 23
С каждой секундой дорога казалась бесконечной.
Чёрный внедорожник мчался по городу, не сбрасывая скорости. Красные сигналы светофоров давно перестали существовать для Рена. Машина резко входила в повороты, двигатель ревел на пределе возможностей.
В салоне стояла тяжёлая тишина.
Телефон Кая всё ещё лежал на панели, включённый на громкую связь.
Никто не произносил ни слова.
Все трое ждали.
Ждали хоть какого-нибудь звука.
Из динамика доносились лишь приглушённые голоса, далёкие шаги и шум школьных коридоров.
Внезапно...
Раздался громкий удар.
За ним ещё один.
Потом чей-то крик.
Маркус мгновенно подался вперёд.
— Это он...
Следующие несколько секунд телефон буквально захлебнулся шумом.
Тяжёлое дыхание.
Грохот падающей мебели.
Крики.
Чьи-то команды.
Затем...
Тишина.
Настолько резкая, что она показалась страшнее любого шума.
Рен непроизвольно убрал ногу с педали газа.
— Почему...
Никто не ответил.
Все трое смотрели на телефон.
Секунда.
Две.
Пять.
Из динамика донёсся тихий кашель.
Потом ещё один.
Тяжёлое, сбившееся дыхание.
И вдруг раздался незнакомый голос.
— Да ну... брат...
Нервный смешок.
— Вот это ты дал...
Маркус едва заметно выдохнул.
Матео прикрыл глаза.
Рен снова нажал на газ.
— Значит, жив, — коротко сказал он.
Из телефона вновь послышался кашель.
На этот раз уже знакомый.
Кай.
Он пытался отдышаться.
Каждый вдох давался ему с трудом.
— Рано... расслабляться... — с трудом произнёс он.
Послышался скрип передвигаемой парты.
— Их... по всей школе... здесь были... не все...
В машине вновь стало тихо.
Маркус понимал.
В той аудитории всё закончилось.
Но сама опасность — нет.
— Демиан, — раздался голос Кая. — Возьми телефон.
— Зачем?
— Просто... держи вызов открытым.
Короткая пауза.
— Чтобы... не сбился.
— Хорошо.
Послышался звук, будто телефон осторожно переложили в другое место.
Через несколько секунд...
БАМ!
Глухой удар.
— Кай!
Крик Демиана заставил всех троих в машине одновременно напрячься.
— Кай!
Ответа не было.
Только тяжёлое дыхание.
Потом несколько мучительных приступов кашля.
Демиан заговорил уже совсем другим голосом.
Испуганным.
— Кай...
Пауза.
— Это...
Ещё одна пауза.
— Это кровь?..
В машине никто не шевелился.
— Тебя... ранили?
Из динамика вновь донёсся приглушённый кашель.
Ответ Кая разобрать было невозможно.
Маркус стиснул зубы так сильно, что на скулах заходили желваки.
— Быстрее, — тихо произнёс он.
Рен ничего не ответил.
Стрелка спидометра поднялась ещё выше.
Через несколько минут впереди показалось здание школы.
— Почти приехали, — сказал Рен.
И в этот момент...
Из телефона снова донеслись тяжёлые шаги.
Кто-то быстро приближался.
Дверь с грохотом распахнулась.
— Они здесь!
Раздались незнакомые голоса.
Маркус резко открыл дверь машины ещё до полной остановки.
— Чёрт...
Он посмотрел на школу.
Слишком много окон.
Слишком много кабинетов.
— Где он?..
Ответ пришёл неожиданно.
Из динамика раздался голос Демиана.
Сначала тихий.
Потом чуть громче, словно он специально говорил так, чтобы его услышали.
— Кай! Мы же на втором этаже!
Маркус замер.
Демиан продолжал, старательно изображая обычный разговор.
— Помнишь? Южная сторона здания... Вторая дверь справа... Если придётся что-то выбрасывать через окно — там внизу почти нет людей!
Рен мгновенно понял намёк.
— Он специально!
Маркус уже сорвался с места.
— Южная сторона!
Он бросился вдоль фасада школы, взглядом считая окна.
Первое.
Второе.
Справа.
И именно к нему он побежал, уже понимая, что каждая потерянная секунда сейчас может стоить Каю жизни.
Маркус практически взлетел по лестнице.
Рен не отставал ни на шаг.
Позади, тяжело опираясь на трость, но удивительно быстро, поднимался Матео.
Второй этаж.
Южное крыло.
Вторая дверь справа.
Именно отсюда доносились глухие удары, крики и шум падающей мебели.
Маркус резко распахнул дверь.
И застыл.
На несколько долгих секунд он просто не мог поверить своим глазам.
Разгромленная аудитория.
Перевёрнутые парты.
Разбитые окна.
Испуганные студенты, прижавшиеся к стенам.
Демиан, который всё ещё крепко сжимал в руках телефон.
И...
Кай.
Несмотря на кровь, пропитавшую бок рубашки, он продолжал двигаться. Каждый шаг давался ему всё тяжелее, но останавливаться он явно не собирался.