— Здравствуйте, — сказал Маркус.
— Здравствуйте. Долго ждали? — улыбнулась она.
— Нет. Вот, — он протянул ей кофе и хот-дог.
— Спасибо, — она сделала глоток. — Вкусно.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
— Ну что, куда пойдём или поедем? — спросил Маркус.
— Тут недалеко есть ресторан. Может, туда?
— Хорошо.
Он открыл дверь машины, помог ей сесть, затем сел сам.
По дороге Сацуки вдруг сказала:
— Вы знаете, этот ресторан считается самым популярным в городе.
— Я часто там бываю, — ответил Маркус. — Если не нравится, можем выбрать другой.
— Нет, всё хорошо.
Когда они вошли, персонал сразу узнал Маркуса.
Их проводили к его обычному столику.
Маркус отодвинул стул.
— Прошу.
— Спасибо.
Они взяли меню.
— Заказывайте всё, что хотите. На цены не смотрите.
Сацуки посмотрела на него с лёгкой улыбкой.
— Вы всегда так уверенно говорите?
— Почти всегда.
Она пролистала меню.
— Тогда я рискну довериться.
Пока она выбирала, Маркус наблюдал за ней.
Она была спокойной.
Без попыток произвести впечатление.
Без фальши.
И это пугало.
«Она не должна мне нравиться».
Но нравилась.
— А вы? — спросила она.
— Возьму то же, что и обычно.
Сделав заказ, они остались наедине.
— Можно задать личный вопрос? — сказала Сацуки.
Маркус приподнял бровь.
— Попробуйте.
— Вы выглядите так, будто привыкли всё контролировать.
Он усмехнулся.
— Потому что так и есть.
— И вам это нравится?
Маркус задумался.
— Это необходимость.
Сацуки наклонила голову.
— Звучит… одиноко.
Он не ответил сразу.
— Одиночество — часть моей работы.
Она ничего не сказала, но посмотрела на него иначе.
Не с жалостью.
С пониманием.
И это было хуже всего.
Маркус вдруг поймал себя на мысли:
«Если она узнает, кто я на самом деле — она либо убежит, либо умрёт».
И от этой мысли стало неприятно.
Впервые за долгое время Маркус чувствовал, что вступает туда, где не действует ни власть, ни страх.
Туда, где можно всё потерять.
И именно поэтому он уже понимал:
Назад дороги не будет.
Опека глава 6
Через час Маркус заказал десерт для Сацуки.
Небольшая тарелка с аккуратно выложенным чизкейком и свежими ягодами появилась перед ней почти бесшумно — официант двигался так, словно боялся нарушить хрупкую атмосферу вечера. Сацуки улыбнулась и поблагодарила его, после чего посмотрела на Маркуса с лёгким удивлением.
— Ты всё продумал заранее? — спросила она, беря вилку.
— Привычка, — спокойно ответил он, делая глоток кофе. — Я не люблю импровизацию.
Она усмехнулась.
— А я, наоборот… иногда только на ней и держусь.
Маркус внимательно посмотрел на неё. В мягком свете ресторана Сацуки выглядела иначе, чем в клубе: спокойнее, теплее, живее. Без неона и шума она казалась более настоящей — и это настораживало.
Они ещё немного посидели, обсуждая мелочи: город, погоду, еду. Разговор тек легко, без неловких пауз. Сацуки смеялась тихо, прикрывая рот ладонью, и Маркус ловил себя на том, что следит за каждым её жестом.
Когда тарелки опустели, Маркус жестом подозвал официанта и расплатился, не глядя на счёт.
— Уже уходите? — спросила Сацуки, надевая пальто.
— Если ты не против, — ответил он, — можем немного прогуляться. Тут недалеко море.
Она на секунду задумалась, затем кивнула.
— Я не против.
Они вышли из ресторана, и прохладный вечерний воздух сразу наполнил лёгкие. Шум города остался где-то позади, уступая место ровному, успокаивающему звуку волн.
Берег был почти пуст. Фонари освещали дорожку, а море тихо перекатывалось у кромки песка. Сацуки шла рядом, засунув руки в карманы пальто.
— Здесь красиво, — сказала она.
— Да, — коротко ответил Маркус. — Здесь можно думать.
— Или наоборот — не думать вовсе, — заметила она.
Он усмехнулся.
Несколько минут они шли молча. Тишина между ними не давила — она была спокойной, почти интимной.
— Маркус… — вдруг произнесла Сацуки, повернув к нему голову. — А кем ты работаешь?
Он остановился.
Вопрос был задан без нажима, без подозрения — просто из интереса. Но Маркус напрягся мгновенно. Он смотрел на море, будто искал в нём ответ.
— Пока что… я не могу тебе этого сказать, — наконец произнёс он. — Но да, в моей работе нужно контролировать всё и всех. Потому что малейшая ошибка может стоить мне жизни.
Сацуки не выглядела испуганной. Скорее — задумчивой.
— Тогда почему ты не уволишься? — спросила она тихо.
Маркус горько усмехнулся.
— Потому что это семейное дело. А я — единственный наследник.
— Понятно… — протянула она и опустила взгляд.
Он посмотрел на неё внимательнее.
— А ты? — спросил он. — Что можешь рассказать о себе?
Сацуки вздохнула, будто собираясь с мыслями.
— У меня есть небольшой магазин одежды. Мы держим его вместе с братом. Если честно, это больше его бизнес — процентов на семьдесят. Но мне хватает. Я недавно вернулась из-за границы… Мне пришлось туда уехать. Хотя меня всегда тянуло обратно.
— Почему пришлось? — осторожно спросил Маркус.
Она замедлила шаг.
— Из-за ошибки, — ответила она. — Глупой. Очень глупой.
Маркус заметил, как её улыбка дрогнула. В глазах на мгновение мелькнули злость и отвращение — к себе, к прошлому, к воспоминаниям. Он это не упустил.
— Что за ошибка? — спросил он мягче.
Сацуки остановилась и посмотрела ему прямо в глаза.
— Пока… я не хочу об этом говорить, — сказала она, натянув улыбку. — Прости.
— Всё в порядке, — ответил Маркус после короткой паузы. — Я понимаю.
Но он солгал.
Он не понимал — и именно это его тревожило.
Они гуляли ещё несколько часов. Говорили ни о чём и обо всём сразу. О путешествиях, о детстве, о том, как странно иногда складывается жизнь. Маркус ловил себя на том, что смеётся — редко, негромко, но искренне.
Когда часы показали поздний вечер, он остановился.
— Уже поздно. Давай я отвезу тебя домой.
— Хорошо, — кивнула Сацуки.
Они сели в машину, и Маркус повёл её по пустым ночным улицам. Сацуки назвала адрес, и он молча запомнил его.
Когда они подъехали, Маркус заметил двухэтажный дом с аккуратным фасадом.
— Ты здесь живёшь? — спросил он.
— Нет, — ответила она. — Это дом брата. В моём сейчас ремонт, поэтому я пока здесь.
Маркус кивнул и заглушил двигатель.
— Тогда… спокойной ночи.
Он наклонился чуть ближе — сам не до конца понимая, зачем — и коснулся губами её губ.
Лёгкий, почти невесомый поцелуй.
Сацуки замерла, затем смущённо улыбнулась.
— Спокойной ночи, — прошептала она и буквально выскочила из машины, поспешно закрыв дверь.
Маркус остался сидеть.
Через несколько секунд до него дошло, что именно он сделал.
— Чёрт… — выдохнул он и ударил ладонью по рулю.
Он откинулся назад и закрыл глаза.
Что я делаю?
Мысль за мыслью пролетали в голове, не давая покоя. Он завёл двигатель и поехал домой.
Приехав, Маркус передал ключи одному из охранников.
— Приведи машину в порядок и поставь в гараж.
Сам он направился в особняк.
Войдя, Маркус заметил свет в гостиной. В кресле сидел Матео, читая книгу при настольной лампе. Услышав шаги, старик поднял голову.
— Ну-у-у… — протянул он, откладывая книгу. — Рассказывай.
Маркус устало прошёл и рухнул на диван лицом в подушку.
— Что тебе рассказать… — пробормотал он.
— Всё, — настойчиво сказал Матео.
— Ничего особенного. Посидели в ресторане, погуляли по берегу… Я отвёз её домой и… — Маркус запнулся.
— И что? — с усмешкой спросил старик.
Маркус отвернулся и простонал:
— Попрощались.
Матео рассмеялся.
— Ты её поцеловал. Я прав?
— Догадливый… — пробормотал Маркус так тихо, что рассчитывал остаться неуслышанным.
— Я всё прекрасно слышу, — довольно ответил Матео. — Наконец-то хоть какой-то прогресс.
— Да, да, я её поцеловал. Всё. Я спать.
Маркус поднялся и направился в свою комнату. В душе он снова и снова прокручивал сегодняшний вечер, каждую деталь, каждый взгляд.
Лёжа в постели, он смотрел в потолок.
Мысли не отпускали.
Но сильнее всего его мучал один вопрос:
Какую ошибку совершила Сацуки… такую, из-за которой ей пришлось уехать из страны почти на двадцать лет?