– Понял, – сдержанно отозвался я.
Сама Маня посмотрела на эти канистры, как солдат на вражеский дот. Может, ей не нравится вкус этой воды с витаминами? Горчит?
– В сумку мы положили для вас книги по дрессировке и зоопсихологии, – заявил широкоплечий брюнет Илай Маккормик. – Они вам пригодятся, поверьте. Манюня обладает острым умом, отличной памятью и сложным, упрямым характером. Она примат, помните? А кто такие приматы? – спросил он и сам же ответил: – Это не только высшие обезьяны, но и люди – мы с вами. Каждый из нас тоже примат. Но вы не должны забывать, что Манюня – всего лишь умное животное, которое нуждается в воспитании. Нет ничего хорошего в том, если вы её разбалуете. Она, как и любая особь из высших обезьян, с лёгкостью копирует поведение своего хозяина. Это не должно сбивать вас с толку. Как мы заметили, ваш соопекун сомневается в том, что Маня – неразумное существо.
Рик неопределённо повёл плечами.
– Не волнуйтесь: все договора уже подписаны, и вы можете говорить открыто, – заверил нас Маккормик. – Так вот, я прилагаю к вашим документам копию исследования на ста страницах от двадцати ведущих учёных нашей империи, которые изучали Манюню и пришли к выводу о её неразумности и принадлежности к высшим обезьянам. Там же зафиксировано её поведение по итогам видеосъёмок и результаты многочисленных тестов.
У Рикардо аж загорелись глаза от нетерпения поскорее познакомиться с этим документом.
А я тихо про себя вздохнул. Аж двадцать светил науки не могут же ошибаться в разумности существа, ведь так?
Илай тем временем продолжил:
– Пусть вас не обманывает её, казалось бы, осмысленный взгляд и рациональное поведение. Собаки – и те могут смотреть на хозяина умными глазами и понимают его с полувзгляда. Не знаю, будет ли Манюня приносить вам тапочки – тут уж как сами воспитаете. Но ни в коем случае не забывайте о дрессировке. Важно сразу показать ей её место. Это для её же блага.
– Понимаю, – ответил я.
– Имейте в виду, что Маня в любой момент может стать агрессивной, укусить вас, разрушить ваше жильё, причинить себе травмы и даже погибнуть, – предупредил Лео Узирани. – Хорошо обученная домашняя обезьяна проживает всю свою жизнь, не причиняя вреда ни себе, ни окружающим. Именно такого поведения вы должны добиваться от питомицы. И помните, что она очень нуждается в вашем внимании и тщательном уходе. Если Маня почувствует себя одинокой, может заболеть.
– Да, конечно, – кивнул я.
– Вам не стоит бояться отражать в ваших отчётах, что Манюня ведёт себя агрессивно или подавленно, – дал мне совет самый молодой из всех учёных – Анди Зоун. – Ей предстоит пара месяцев адаптации к новой обстановке и к вам. Просто проявляйте терпение.
– Спасибо, – искренне сказал я ему. Из всех белохалатников этот парень был самым благожелательным. – Это всё?
– Всё, – твёрдо кивнула Рональдина. – Ждите нас в гости через неделю, в следующее воскресенье, ровно в полдень.
– До встречи, – сдержанно отозвался я, подхватывая свою питомицу на руки. Не босиком же её вести до автофлайта.
Лёгкая, как пушинка! И такая милая в моём камзоле…
Рик умудрился навесить на себя сумку с книгами, запихал туда же все документы, после чего взял канистры с водой и пошёл вслед за нами.
Глава 20. Путь домой
*
Викториан
*
– Я должен сопроводить вас до выхода, иначе охрана не выпустит с таким ценным грузом, – Джон Роу решительно направился за нами.
Ценный груз доверчиво притих в моих руках, боясь пошевелиться.
Представляю, каким стрессом для Мани является всё происходящее.
При виде Роу охранники вытянулись в струнку и поприветствовали хозяина особым жестом, принятым только у наёмников из клана Церберов: изобразили ладонью волну и хлопнули себя по плечу. Я знал, что подобный знак уважения выказывается только верховным лидерам клана.
Так что личность зоозащитника Джона Роу была весьма занимательной. Что такой матёрый волк делает в зоокомиссии? Зачем ему вся эта возня со зверушками? И для чего он так прочно вцепился в Маню? Постоянно буравит её взглядом. Словно я у него любимую игрушку отобрал и он ждёт, когда можно будет вернуть её назад.