— Как именно? — чуть нахмурился он, пытаясь оставаться вежливым. Хотелось крови. Крови, а не разговоров. Уже начинало ломить виски.
— Я понимаю, Долг Крови — священен, и отдать свою кровь вампиру — это честь. И для меня это тоже честь и священный долг, — торопливо уточнила она. — Но неужели… Неужели нельзя было просто попросить… сказать… А не вот так… как бессловесную тварь… словно проститутку на улице… Неужели вы презираете нас настолько? — последние слова она почти прошептала, и слеза потекла по щеке — одинокая, беспомощная.
— О чем ты? — он по-прежнему не понимал. — Я же тебя спросил. Затем в конторе тебя спросили еще раз.
— Вы спросили? О чем? Вы предложили пойти с вами. Разве я могла отказаться? А потом — вы просто велели оформить и принести. Разве вы объяснили, что? Разве вы попросили?
— А сама ты не знала? — он пытался быть вежливым, но скепсис просачивался. Представление начинало утомлять. Чего она ждет от него, признаний в вечной любви, цветов, романтики? Так на Сиреневый бульвар за этим не ходят.
— Откуда же я могла?.. — дева выглядела искренней.
— Иди-ка сюда, — он поманил ее к окну. — Покажу, как это выглядит сверху. Вот здесь — гостиница, — он обвел рукой пространство их комнаты. — Для вампиров и их гостей, подписавших вот такой документ. А внизу под окнами — что же это? Девы, девы, девы — целый бульвар… Ах, нет, только та его часть, что непосредственно под окнами. А вон справа, смотри, уже никого. И слева почему-то пусто. Странное совпадение, верно?
Она послушно смотрела в окно. И все больше краснела по мере того, как понимала, на что он ей намекает. Под конец белого в ее лице не осталось. Оно просто горело.
— То есть, вы хотите сказать… что они все пришли сюда… что они все знают, что здесь… Но я не знала! Я не знала, простите! Простите мои слова, я только третий день в Чернометске, я не знала… В нашем городе вампиров нет, и таких заведений…
— То есть, ты просто случайно присела почитать книжку, — вздохнул Аршез, признавая свою ошибку. Теперь, когда он удосужился наконец прислушаться к деве, сомнений у него не было — она не лукавит. Он даже в том, почему выбрал именно ее, уже не сомневался: как и Аня, эта дева его не хотела. И если уж он не мог взять Аню, то подсознательно тянулся к чему-то подобному. Выбирал схожие импульсы. — Прости меня… — он все же глянул на ее имя в контракте. — Прости, Милана. Я действительно был крайне невежлив, и то, что я был уверен, что ты знаешь, зачем я тебя зову, мою невежливость не оправдывает. Еще раз меня прости, — он еще раз вздохнул. Боль в висках никуда не ушла. И жажда не притупилась. Ему все так же нужна была кровь. А деву придется выбирать заново. Может, свиснуть им из окна? Кто первая прибежит… И опять обвинит его в невежливости. — Только один вопрос, Милана. Когда в конторе тебе объяснили, что я хочу от тебя… Тебе ведь объяснили, верно? — она кивает. — Зачем же ты подписала?
— Но… вы же просили. Как я могла отказать? Это мой долг.
— Милана, ну там же в каждой строчке слово «добровольно». А тебе этого совсем не хотелось. Разве это «добрая воля»? Переступая через себя?
Только молчит, потупившись. Аршез чуть приобнимает ее за плечи, целует в лоб.
— Иди домой, моя хорошая. Ты славная девочка, и все у тебя еще будет. А через силу не надо. Даже с вампиром.
— Но… — она недоуменно поднимает на него глаза. — Но как же контракт? Я же уже подписала.
— И что? Заключение контракта позволяет мне выполнить определенные действия. Но отнюдь не обязывает меня их выполнять. А к утру он и вовсе станет просто бумажкой. Памятным сувениром о нашей встрече. Не слишком удачной, конечно. Но что делать, и такие бывают. Вампиры — не боги, просто еще один вид разумных существ. И, как и люди, мы тоже порой ошибаемся. Еще раз прости меня. И прощай.
— Прощайте, — склонив голову, она медленно движется к двери. Ему хочется поторопить ее, хочется, чтобы она уже ушла. Его ошибка его жажды не отменила. Он хотел деву. Он по-прежнему хотел. А ее по-прежнему не было.
— Простите, — уже дойдя до двери и взявшись за ручку, Милана обернулась. — А вы… все еще хотите мою кровь?
Он сказал бы «нет». В любой другой ситуации он сказал бы «нет». Но сейчас… одна мысль о том, что надо вновь возвращаться на бульвар, выбирать деву, ждать нотариуса, заставляла его мысленно выть от нетерпения и жажды. И он сказал «да»:
— Да. Хочу.
И Милана вернулась.
— Понимаете, — пыталась объяснить она. — Я просто была настолько шокирована… Я даже не успела толком подумать… Но теперь… Теперь я подумала и поняла, что никогда не прощу себе, если сейчас просто уйду. И оставлю нашу встречу вот такой — неудачной и нелепой… Они все так мечтают об этом, а я… Мне выпал такой уникальный шанс… И, знаете, я действительно хочу этого. Хочу отдать вам свою кровь. Не потому, что должна. Просто хочу узнать, каково это? Что чувствуешь, когда…