1. Рам
— Вискаря еще пробей, — машу рукой кассиру на автозаправке и достаю карту из кошелька.
Пока кассир отходит к полке с дорогим алкоголем и открывает замок, моё внимание привлекает какой-то пацан с капюшоном на голове.
Внимательно слежу за ним в отражение в витрине.
Пацан боязливо озирается по сторонам. Но на заправке только он, я и кассир. Время — два ночи.
Что он вообще тут забыл? Кроме моей машины нет ни одной перед ларьком.
Вижу, как парень быстро приоткрывает дверку витрины с бутербродами и хватает один из них. Сразу же засовывает его себе за пазуху и стремительно шагает к выходу.
— Ну-ка, стой! — кричит кассир и собирается нажать на тревожную кнопку.
— Остынь, — кидаю ему. — Двери заблокируй.
Слушается.
Парень, увидев, что попался, начинает шарахаться в поисках выхода.
— Что он там взял? Тоже пробей, — протягиваю кассиру карту и наблюдаю за пацаном.
Щуплый какой. Дохляк. Но шмотки, вроде, приличные. Значит не бомж.
— Пожалуйста, — кассир возвращает мне карту. — Вызову полицию?
— Нахера? — спрашиваю я. — Я же оплатил. Сам с ним разберусь.
Иду к заблокированным дверям.
Пацан, завидев меня и поняв, видимо, что иду я к нему, резко дёргается. Но я успеваю перехватить его за руку. Тяну за собой.
— Со мной пойдёшь, — машу рукой кассиру, давая знак, чтобы открыл дверь.
Мы выходим на улицу.
— Дяденька, отпустите, я не специально. Я верну, — голосок такой писклявый. Как у бабы.
И он лезет себе под куртку и протягивает мне бутерброд.
— Какого хера воруешь? — грозно спрашиваю я. — Ты знаешь, чья эта заправка? Узнают — яйца оторвут. Катись отсюда, пока цел, — и я с презрением толкаю его от себя.
Да, видно, силу-то не рассчитал. Этот дохляк падает на асфальт и начинает ныть, потирая руку.
А ещё, сука, у него капюшон с головы слетает и копна каштановых волос падает прямо на плечи.
— Баба, что ли?! — подхожу, наклоняюсь и беру её за подбородок.
Поднимаю лицо и подсвечиваю телефоном.
Ну, баба точно. Вот, откуда писклявый голосок. Молодая совсем.
Хм, а ничего так.
— Вставай, — тяну её наверх. — Ты что здесь делаешь в такое время? — спрашиваю, а сам взглядом по фигуре прохожусь.
Балахоны какие-то. Нихрена непонятно.
— Поесть хотела купить, — отвечает она уже нормальным голосом, не коверкая его.
— Купить или спиздить? — усмехаюсь я.
Вместо ответа она дёргает своё лицо из моего захвата.
— Я отдала вам бутер, — говорит, нахмурившись.
И разворачивается, чтобы уйти.
2. Рам
Охренела?
Со мной так не разговаривают. Особенно какие-то соски.
— Куда? — дёргаю её за капюшон и она снова чуть не падает. — Мы не закончили, — хмыкаю.
— Отпустите меня! Вы не имеете права!
Ого. О правах вспомнила. Бойкая какая.
— Шагай, давай, — тяну её к своей машине.
— Эй! Отпусти! — девчонка пытается вырваться. Крутится как уж.
Сжимаю пальцами за подбородок и пристально смотрю в глаза.
— Никогда не разговаривай так с мужиками, — цежу ей в лицо. — Поняла? — чуть встряхиваю. — Рот можешь открывать, когда тебе скажут.
Девчонка приоткрывает рот и я смотрю на него.
Пухлые губы.
Большим пальцем провожу по нижней губе и проталкиваю палец в рот.
Ох, сука.
Чувствую, как член дёргается и начинает каменеть.
Хочу её, что ли?
А что? Пусть-ка отсосет за свою свободу.
Как раз Нелли сегодня не может. Заболела.
Не рукой же мне работать.
Берусь за молнию на толстовке девчонки и резко дёргаю её вниз. Распахиваю, несмотря на её попытки помешать мне.
А под толстовкой только лиф спортивный.
Сиськи что надо. Так и не скажешь. Сама дохлая, а сиськи…
Пойдёт.
— Ну-ка, сюда иди, — беру её сзади за шею и тащу к тачке.
— Ай! Пустите! Я полицию позову! — не сдаётся девчонка.
— Зови, — ухмыляюсь я.
Открываю дверь заднего сиденья и заталкиваю её туда. Сам сажусь следом и сразу же блокирую двери.
Девчонка тут же забивается к двери и испуганно смотрит на меня.
Я откидываюсь на спинку кресла и расставляю шире ноги. У меня, сука, стоит. Стоит так, что ткань сейчас нахрен порвет. Смотрю на неё, наслаждаясь своей властью над ней и нарастающим возбуждением.
Хочу.
— Откройте двери, — дрожащим голосом просит девчонка.
— Нет, — отвечаю я и кладу руку ей на ногу.
— Я в полицию обращусь. Сейчас заметят, — отодвигает ногу от меня и оглядывается.
— Два часа ночи, — усмехаюсь. — Заправка за городом. Никого кроме нас. Ты серьёзно рассчитываешь, что тебе кто-то поможет? Даже если ты сиреной будешь орать?