- Полигамность – это миф, который вы, козлы, создали, чтобы оправдывать свои измены! – мне захотелось рассмеяться, горечь заполнила рот. – Знаешь что, Кирилл? Вали нахр*н отсюда! На хр*н!
Он поднялся, прищурив глаза, недобро смотря на меня.
- Ты - маленькая наивная овечка. Ты будешь моей, Лиза. И чем быстрее ты это поймешь, тем будет лучше, - Кирилл скривился, явно недовольный моими словами, но пошел к выходу, оглядываясь на меня и смотря высокомерно, как оскорбленный аристократ.
Прошибло потом. Такого Кирилла я еще не знала… Он всегда был со мной ласковым, нежным, старался угодить мне. А я - была слепа как крот, смотрела на весь мир через розовые очки. И вот они дали трещину. Нехилую такую трещину. И я теперь обалдеваю с каждым новым днем. А еще мне чертовски больно в груди. В одном он прав - я осталась одна. И я наивна. Искупавшись, наглоталась таблеток и выпив литр чая, заснула, закутавшись в одеяло. Проснулась глубокой ночью, в слезах. После душа снова приняла таблетки – немного болело горло. Села за ноутбук в поисках работы, стараясь отвлекать себя от ситуации, что складывалась вокруг меня. И вскоре нашла для себя вариант – делать рефераты на заказ, по истории, философии. Предварительно сравнив цены, дала объявление, указала контакты. Еще не понимала, что мне делать с дядькой. Он продал бизнес родителей, то, что он продаст их все имущество – вопрос времени. Про завещание никто не заикался, даже если оно и есть – я не знаю, где. Или дядька все решил с помощью «серьезных» людей, которых я боялась как огня. Содрогалась от воспоминаний: как меня лапали и угрожали, как избили дядьку… Я была такой беспомощной и напуганной. В интернете шерстила информацию про адвокатов, читала законы. И понимала, что законы тоже обходят. Что есть такие вот «серьезные» люди, которые создают свои законы.
Неделя, которую я просила у декана, неумолимо подходила к концу. Я таки получила пару заказов на рефераты, что меня очень обрадовало. Но морально я была не готова снова видеть Инну, которая смерила меня злобным взглядом, и Кирилла, что был подозрительно тих, лишь кивнул мне и сел через пару человек, слева от меня. Конечно же, все это не ускользнуло от группы и профессоров. И мне приходилось невнятно отвечать на неудобные вопросы, краснеть, бледнеть. Многие смотрели с сочувствием, обнимали меня, выказывали поддержку. И я думала, что смогу закончить учебу более – менее спокойно – осталось всего пару месяцев теории, потом – экзамены. И выпуск. И я совсем не понимала, что мне делать дальше… Археология, приправленная в моем сознании флером романтики, в первой же экспедиции перевернула мое представление. Первокурсники, только перезнакомившиеся друг с другом, мы поехали за город – исследовать поместье князя Л... Конечно же, мало кто из нас был готов к жизни в походных условиях: мыться в речке, жить в палатках, есть еду из консервных банок… Свежий маникюр уже в первые часы раскопок превращался в нечто блеклое и ужасно выглядящее. Те, кто желал принять солнечные ванны ( и я – в их числе), к вечеру уже сгорели. Так мы и сошлись с Кириллом – он сходил в ближайшую деревушку, пройдя много километров, принес кефир, чтобы облегчить мои мучения. Тогда мне это показалось страшно романтичным – Кирилл выглядел в моих глазах рыцарем, только начищенных лат не хватало. Нет, я не изменила свое мнение, я люблю историю, и к экспедициям я привыкла, уже четко понимая, что мне нужно для комфорта. Я бы хотела остаться научным сотрудником при родном институте, или устроиться в местный музей…
Медленно брела к следующей аудитории, потопая в своих раздумьях, отгоняя от себя грустные мысли, которые тяготели надо мной словно древнее проклятье.
- Привет, Золотова, - с двух сторон меня обступили парни с параллельного курса, прижимая широкими плечами, врываясь в мое личностное пространство.
Поежилась. Я их знала – они из футбольной команды, качки, друзья Кирилла. Золотая молодежь. У Игоря папа – депутат, у Антона – директор мясного завода.
- Слышали, вы вроде как с Орловым больше не встречаетесь? Можно подкатывать? – похабная ухмылка на симпатичном лице Антона, сердце сжалось от плохого предчувствия.
Рука Игоря легла на мою попу, оглаживая. Что за вольности?! Ко мне никогда так не относились! Убрала его руку, ущипнув ногтями. Он оскалился, тут же впрягся Игорь.