- Нет, - ответил Матвей Алексеевич. – Даже искать его не буду. Через месяц сам объявиться.
- И то верно, - согласился толстяк. – Но я поищу все – таки… Тебе свисну, если найду первым.
- Буду благодарен, - усмехнулся Ледновский.
Я не слушала их разговор. Нега и оргазм сходили, возвращая меня в реальность. Внизу живота тянуло, дискомфортные ощущения от жестких манипуляций. Ребра тоже болели, кожа будто была обожжена. Сколько же в нем силы… Как животное… Только за шею не прикусил, как это делают коты, когда обхаживают кошек, впиваются зубами в холку, удерживая. Даже страшно представить, каков этот жесткий мужчина в постели. Если кому – то такое отношение нравится, мне – точно нет. Я любила нежность, неторопливость, внимательность и аккуратность к партнеру. А здесь … ураган, цунами, грубый мужлан, который посмел… тр*хнуть меня своими пальцами. Сглотнула ком в горле, тело отреагировало на мысли, возрождая пережитые ощущения, снова кольнув внизу живота, пуская дрожь вперемешку с мурашками по телу. Мне не могло такое понравится, черт подери! Дыхание сбилось. Кажется, я разревусь прямо здесь. Ледновский посмотрел на меня – тяжелый взгляд, продавливающий, пугающий. И я ощутила другой, прожигающий спину. Повернулась и обомлела. Кирилл… Рядом с представительным мужчиной. Я знала, что это его отец. Оба выглядят сногсшибательно, в красивых черных костюмах. Я думала, что я пережила все самое ужасное в комнате для дам, но нет. Позже я узнаю, что моя судьба была предрешена, еще когда я ехала в машине с Ледновским. Он решил по полной воспользоваться сложившейся ситуацией и выжать все по максимуму. Он знал, что в числе приглашенных будет Кирилл.
То, как смотрел на меня Кирилл – не поддается описанию. Будто я его предала, изменила, втоптала в грязь, разбила вдребезги его сердце, разрушила его жизнь. И я, черт подери, чувствовала себя именно так! Жгучий стыд выделялся красными пятнами по щекам, воздуха просто не хватало. Ледновский сверлил таким жестким взглядом, что я ощутила себя букашкой, на которую сейчас наступят и размажут. Мне казалось, мои кости пропускают через себя такое напряжение, что треснут, а если он сожмет сильнее – я просто рассыплюсь и стану горкой пыли. Родионова увлекли в другую беседу, слава всем Богам, а Матвей Алексеевич пугал, и я нервничала еще сильнее, чем обычно. Чего испугалась? Себя? Его? Думаю, всего вместе… Чувствовала смущение, замешательство, страх и жалость к себе. Он ощущался по - другому. Взрослый мужчина, который ставит цели и идет к ним. Любой ценой. Который знает ценность жизни. И берет на себя всю ответственность за все свои решения, которые могут быть жесткими. Даже слишком. Я просто это знала. Дрожала, хотелось обнять себя руками. И сбежать. Побыстрее сбежать. Это не мой мир. Я никогда не должна была пересечься с этими людьми…
- Вы дрожите, Елизавета, - сказал тихо Ледновский, склонившись к моему уху и опаляя скулу своим дыханием; потупив взгляд, ответила:
- Мы можем уехать отсюда? Я могу уехать?.. Пожалуйста… - получилось так жалобно, и я снова посмотрела на Кирилла, не в силах контролировать себя.
Он не сводил с меня взгляда, щурился, его губы были поджаты. Ощущала взгляд Ледновского, но упорно не смотрела на него. Просто не могла. Пусть глупо, пусть по - детски, но мне нужно … время.
- Еще десять минут, и мы уедем, - мягко выдохнул мужчина, оглаживая меня по спине, заставляя вздрогнуть всем телом от горячих прикосновений; обычный жест, мужчина обозначает свою женщину, но я не была его женщиной. – Я сейчас вернусь. Ничего и никого не бойтесь, Елизавета.
Меня едва не повело в сторону и появилось стойкое ощущение, что все это делается специально. Беспомощно посмотрела в удаляющуюся мощную спину Ледновского, обтянутую шикарным костюмом. Кирилл тут же направился ко мне, а я чувствовала себя ланью, что загнали в смертельную ловушку. Не вырваться. Отступила на пару шагов, но побоялась двигаться быстрее и дальше – тело казалось ватным.
- Ты совсем идиотка? – зашипел Кирилл, больно хватая меня за предплечье, при этом закрывая собой, чтобы не было видно его хвата. – Я же тебе объяснил про этого чувака! Ты даже не понимаешь, с кем связалась… У тебя долги? Ты ему должна? Что вас связывает, Лиза?
- Мне больно, - сказала я, голова кружилась; почему все это происходит со мной?
- Я не верю, что ты с ним по собственной воле, - покачал головой Кирилл. – Он тебя шантажирует? Я могу помочь… Хотя батя мне голову оторвет. Что между вами? Я не верю, что ты его любовница. Ты – не такая.