- Молчите, - произнесла я, но получилось жалобно; Ледновский снисходительно ухмыльнулся, повернувшись ко мне, демонстрируя плотно облегающий влажной тканью крепкий торс, что подчеркивал рельефность его тела, и я ретировалась в свою комнату и не выходила оттуда до самого ужина.
В кухне уже был Саня, поглощал еду слишком жадно, быстро, едва жуя. Кивнул мне. Пока я выбирала, что насыпать, и раздумывала между салатом из свежих овощей или пюре с отбивной, услышала отдаленный хлопок. Тарелка выпала из рук. Снова в дребезги. Следом – еще один, более громкий. И это было чертовски похоже на взрыв. Застыла, повернувшись к Сане. Мгновенно образовался ком в горле, ладони вспотели. Оцепенение, сотни мыслей в голове, что не давали сосредоточиться ни на одной. Еще один взрыв, отчетливей, ближе. Почувствовала вибрацию, что отдала в ноги. И панику, что разлилась в груди. Кажется, у меня глаза на лоб вылезут от оху… Хватала воздух ртом, пытаясь произнести хоть слово. Присела, хватаясь за угол столешницы.
- Твою мать, - сказал тихо Саня, с сожалением отодвигая от себя тарелку с остатками пищи, вставая из – за стола.
В кухню вошел Ледновский, одетый как – то по военному: в черной форме без опознавательных знаков, в тяжелых берцах на ногах. Но без оружия. Он выглядел… возбужденным.
- Началось, - слишком радостно он сказал своему водителю. - Пошли, - кивнул мне, протянув руку.
- Что это?! – пропищала я как мышь; прошла к нему на ватных ногах, которые могли в любой момент подогнуться.
- Ты уверена, что хочешь знать? – усмехнулся Ледновский, ухватил меня за предплечье - крепко, тут же подавляя собой, своей энергетикой.
Замотала головой. Вцепилась в его руку, сжимая грубую ткань, чувствуя под ней напряженные мышцы. Снова взрыв, слишком близко. Вибрация ударила в ноги волной, прокатилась по дому, заставляя дрожать здание. Кирпичное здание. Присела инстинктивно, прижавшись к ноге мужчины. Он меня поднял, едва ли не таща на себе. Не могла двигаться. Меня словно заклинило, как механическую куклу. Ледновский прошел со мной вглубь дома, в небольшой полупустой холл, подошел к стене, ощупывая ее и безошибочно найдя нечто рычага, потому что я уловила отчетливый щелчок и стена отъехала, пропуская нас в длинный коридор, тускло освещенный вкраплениями редких ламп. Ледновский вошел внутрь, ведя меня по узкому бетонному коридору. Наши шаги отбивались от стен, что казались слишком плотными, как это может быть у средневекового замка. Когда я впервые увидела этот дом, огороженный участок и лес, что обвивал это селение, я подумала о крепости. И моя интуиция была права. Мы были под землей. Вошли в просторную комнату, я уловила тихое гудение генератора. Здесь было такое же тусклое освещение, пушистые ковры на полах, пару диванчиков, низкий деревянный столик, пару кресел в углу. Часть комнаты – отведена под кухню: стол, пару стульев, барка с встроенной плитой, раковиной, маленьким холодильником, шкафчиками, что нависали сверху. Микроволновка, чуть поодаль – морозильная камера. Даже плазма, прикрепленная к противоположной стене.
- Кто ты, нахрен, такой?! – вырвалось у меня, в отчаянии заломив руки, прижала их к груди. – Они стреляют в тебя, взрывают все вокруг! С нормальными людьми такого не происходит! – дом снова затрясло, но сюда доходило все глухими толчками и гулом; присела на инстинктах, смотря на белоснежный потолок. – Это все происходит не со мной! – с отчаянием зашипела я, впиваясь пальцами в бархатную обивку дивана.
- Мы здесь в безопасности. Не дергайся, - усмехнулся Ледновский, развалившись на втором диване и рассматривая меня слишком пристально; он реально выглядел расслабленным и довольным.