- Потерпи, маленькая. Скоро в больничку приедем.
Кивнула. Моя жизнь – трэш. Сердце бешено стучит о ребра. Если я не умру во всех этих смертельно опасных передрягах, то скончаюсь от сердечного приступа. Голова гудит. Понимаю, что плачу.
Разжала руку, в которой до сих пор сжимала медальончик в виде сердечка. Он надкололся, впиваясь острыми краями в кожу ладони, где моя кровь смешалась с кровью Руса. Внутри медальона что – то чернело. Я наклонилась ближе, рассматривая, поддевая дрожащими пальцами одну половинку. Внутри медальона лежала маленькая карта памяти, что обычно вставляют в мобильные телефоны. МicroSD.
- Матвей… Алексеевич… - хрипло проговорила я, протягивая ему ладонь со своей находкой; уши заложило от давления, что подскочило внезапно.
Именно эта маленькая штуковина стала причиной смерти моих родителей.
***
В больничной палате стерильно. Даже слишком. Светлые стены, удобная кровать с хрустящим белоснежным комплектом постельного белья, плазменный телевизор на стене. Пульт вызова медперсонала. Новая мебель – столик, стулья, небольшой шкафчик для личных вещей. Отдельно - просторный санузел. Уверена, тут где - то есть охрана, а в коридорах - камеры видеонаблюдения. У меня брали бесконечно долго анализы, подключали к разным устройствам, делали рентген… В итоге сделали несколько уколов, дали обезболивающее, расписали питание и прием витаминов. Врач долго говорил про нервное истощение. Когда меня, наконец, перевели в палату, я сразу же провалилась с сон. Часто просыпалась, то в слезах, то с сильным сердцебиением, будто я от кого – то убегаю. Размазанные ощущения, что мне снилось что – то плохое. Это было похоже не пытку. Я просыпалась, несколько минут приходила в себя, осознавая свою реальность, и потом снова погружаясь в глубины своего сознания, что выдавали психодел…
Флешку у меня забрал Ледновский, он выглядел слишком довольным, а потом его лицо заострилось, крылья носа затрепетали, и мне стало по – настоящему страшно. Возбуждение. Предвкушение, смешанное с желанием уничтожать. В его тяжелом, прошивающем насквозь взгляде, я видела приговор. Всем тем, кто посмел пойти против него. Он на меня тогда так посмотрел, что я пожалела, что не песчинка, что не обладаю способностью испаряться, как вода. Дернул мощным корпусом в мою сторону, я инстинктивно вжалась в дверцу спиной. Он застыл, кажется, я даже прочитала на его лице секундное изумление. Да, я боялась его. Как и любой нормальный человек. Это среди его солдафонов он может ходить с таким выражением лица. А не страшно. И, все же, хочется. Усмехнулся, расслабился, отвернувшись, и я едва сдержала облегченный выдох. Точно варвар, что явился из древности в наш современный мир. Крушить, воевать, запугивать. И мир вокруг него – совсем иной. Черный, мрачный. У меня был другой, точнее, его осколки. И я хотела его вернуть, снова думать об одежде, пищать от восторга от нового оттенка розового лака, который мне удалось найти. Думать о новых зарисовках и контрольных, которые мне предстоит сделать в кругу друзей, которые спали за моей спиной, при этом мило улыбались мне, целуя в щеки при прощании… Но я этого тогда не знала, была такой счастливой, легкой и беззаботной. Ледновский мне предлагал уехать, но только потому, что был уверен, что я откажусь.
В очередной раз проснулась, выныривая из странного состояния, чувствуя ломоту во всем теле. Голова будто чугунная, невозможно поднять с подушки. Поморщилась.
- Ты очень беспокойно спишь, - услышала тихий голос, мгновенно приняв сидячее положение; Ледновский стоял около окна, что было закрыто плотными шторам, почти не пропуская света.
Застонала, прижав руки к вискам, снова аккуратно ложась на подушку.
- Для нормальных людей ваш образ жизни, мягко говоря, не подходит, - получилось хрипло и совсем не пропитано сарказмом; почувствовала его интуитивно – двигался он беззвучно.
Зажмурила глаза, стараясь блокировать картинки разрушений, аварии, что мелькали перед глазами, собственных переживаний за Ледновского. Он действительно везучий сукин сын. Заговоренный, не иначе.
Склонился надо мной, вглядываясь в мое лицо. Он был в спортивных штанах и черной футболке, что облипала его торс, выделяя красивый рельеф. Протянул руку, испещренную узором из вен, переплетенную со стальными мышцами, я вжалась в подушку сильнее.
- Что вы… - задохнулась, хватая воздух ртом.