По новостям показывали жесть. Ряд предприятий в моем родном городе пострадали вследствие неисправностей электрики, на некоторых заводах вспыхивали сильные пожары. Несколько руководителей этих предприятий попадали на протяжении всей недели в аварии, местного депутата поймали на крупной взятке, мэр города подал в отставку по состоянию здоровья. Интуитивно я знала, кто за всем этим стоит. И мне было жутко. Я сходила с ума, изъедала себя мыслями. И хотела свободы. Я понимала, что такая жизнь, на грани, в постоянном адреналине, наперегонки со смертью – не для меня. Я хочу свою спокойную размеренную жизнь, розовую и прекрасную, со вкусом сладкой ваты. Знала, что люблю Матвея. Если бы несколько месяцев назад меня спросили, что такое любовь, я бы ответила, не задумываясь, что любовь - это прекрасное чувство, светлое, чистое, бабочки в животе, единороги с радугой из всем известного места, и с гордостью привела бы в пример себя и Кирилла. На поверку, все оказалось совсем не так. Сейчас я знала, что любовь имеет и темные оттенки, щемит в груди, может ощущаться как горечь. Приносит пьянящее удовольствие, эйфорию, страх за жизнь любимого, что сочетается в удивительном уничтожающе – возвышающем коктейле… Необъятная гамма чувств, светлых и темных. Когда ты хочешь ловить каждый вздох любимого, жаждешь его прикосновений, сердце сладко замирает, когда слышишь его голос. Страшно, когда видишь жестокий взгляд, что пугает, но ты не в силах не смотреть. Ловишь его мельчайшие изменения в поведении. Чувствуешь его, понимаешь, что он готов принимать страшные решения, но ты продолжаешь смотреть в его глаза, зная, что будет только хуже, но не можешь отвернуться.
Ледновский появился глубокой ночью, когда я стояла около холодильника, сдирая с пиццы кружочки салями. Перепугал меня, скользя, как всегда, беззвучно. Он широко усмехнулся, застав меня на месте преступления. Его лицо преобразилось на секунды, сделалось не таким суровым, как обычно. А потом в его глазах полыхнуло дикое желание, и когда он метнулся ко мне, я попыталась увернуться. Он ожидаемо перехватил меня, я тут же уперлась руками в его мощную грудь, ощущая жар через ткань дорогущей рубашки, сталь, облаченную в кожу. Запах его парфюма въедался в легкие.
- Матвей, постой! – запротестовала я, отклоняясь от его горящих губ, что обжигали поцелуями, запуская в кровь волнение, возбуждение, желание, что стремительно неслось к низу живота. – Что за информация была на родительской флешке? Почему они передали ее мне, спрятав в кулоне? Ты нашел дядю Толю?..
Ледновский выглядел спокойным, но его пальцы напряглись на доли секунд, усиливая хват.
- Я устал, малышка, - проговорил он, снова пытаясь поцеловать, прижимая к себе, давая в полной мере ощутить свое возбуждение.
- Я тоже, Матвей. А еще я хочу получить ответы на свои вопросы. Ты обещал, - сказала я ровно, затем - стиснув зубы; на душе становилось нестерпимо гадко, словно я отталкиваю его.
- Уверена, что хочешь знать? – прищурив глаза, Ледновский отпустил меня, хлопнув дверкой холодильника, заставив меня дернуться всем телом, погружая на минуту в темноту, что казалась слишком звенящей и опасной.
Включил свет под вытяжкой, рассеивая тусклый свет, развернулся, заняв позицию так, чтобы видеть меня полностью. Мне стало холодно, по коже выступили мурашки. Сердце предательски сжалось, я переминалась с ноги на ногу, но старалась смотреть мужчине в глаза, транслируя ему уверенность в своих силах. Неведенье такое же горькое на вкус, как и правда. Возможно, даже хуже, заставляет додумывать то, чего нет.
- Уверена, - получилось глухо, выдавая мое напряжение.
- Твой дядя был заядлым игроком, играл во все, где можно ставить деньги. Автоматы, казино, интернет игры. А так же имел язык без костей, любил хвастаться собственным бизнесом. Он был вхож в круги Родионова, проигрался серьезным людям, из столицы. Те сразу же стали требовать долг, желая уже готовый бизнес. Естественно, пришлось идти с повинной к брату. Твой отец хотел решить все по закону. Написал заявление в соответствующие органы, но ему сказали, что предоставленных доказательств мало для начала дела. Он начал собирать информацию, рыть на всех участников, чтобы предоставить все найденное следствию. Ему продолжали угрожать, но это его не остановило, - Ледновский смотрел на меня, прожигал взглядом; я ощущала его недовольство, что росло с каждым словом – он рассчитывал на горячий секс, а не утирать мне сопли. – Твой дядя прекрасно понимал, с кем имеет дело и как все может закончиться. Тогда он решил собственноручно подпортить машину родителей, чтобы они попали в аварию, но остались живы. Они бы выбыли из игры, он – решил дела, отдав бизнес и оставив твоих родителей ни с чем, но живыми. Они не должны были погибнуть. Но обстоятельства сложились по – другому. Твой отец не справился с управлением, поломка оказалась куда серьезнее, чем хотел твой дядька. У водителя фуры схватило сердце из – за бессонной ночи, намешанных таблеток и энергетиков. Шансов не было.