Я пересматривала фотографии родителей, нашей некогда дружной семьи, потом – копошилась в пряже. Сама не заметила, как начала набирать на спицах петли. Кроваво – красная пряжа. Я толком не умела вязать, вот у мамы были поистине золотые руки. Просто плела пряжу, успокаиваясь таким образом.
Беспокойная ночь. Кирилл отсылал кучу сообщений, Инна тоже звонила и писала что – то, но я не читала и не брала трубку. Утром я приготовила сырный суп – хотелось чего – то жидкого. Вечером была назначена встреча с дядей. Нехорошее предчувствие зарождалось в грудине, но я успокаивала себя. Нужно все выяснить, чтобы понимать, чего ожидать далее. Я не верила словам дяди Толи. Не могли мои родители связаться с «серьезными людьми». А вот дядька – вполне мог. Он всегда был компанейским, много разговаривал, любил похвастать и жить на всю катушку. Иногда делал необоснованно дорогие покупки. А потом занимал денег у моих родителей, отдавал же при этом – мучительно медленно, постоянно ища оправдания.
Кафе находилось в довольно злачном районе. Через один работали фонари, некоторые участки были совсем черными. Потемнело быстро, и я пожалела, что не предложила более раннее время для встречи. Где - то отдаленно слышалась ругань, громкая музыка, лай собак. В кафе было накурено, посетителей – мало. Дядя Толя улыбался мне, раскрыв свои объятия. От него пахло элитным парфюмом и дешевыми сигаретами.
- Дочь, - пробасил он, прижимая к себе слишком крепко. – Водки будешь?
Отрицательно мотнула головой. Села, вопросительно смотря на мужчину. Он налил в стопку алкоголь.
- В общем, сделали нам предложение. Продать бизнес. Хорошее предложение. Щедрое. Отец твой не соглашался. И тогда пошло все: шантаж, угрозы… Много всего было, но отец твой… Антоха, сама знаешь, каким был упертым. Уже и мать твоя уговаривала его… В общем, не знаю, может, и подстроили все. Жду отчет экспертизы, - дядька снова закурил, я поморщилась. - Но долги – то остались… Требуют, - дядька приник к столу, зашептал:
- Ты не серчай на дядьку. Продал я все, чтоб не трогали. Ни меня, ни тебя. Рассрочку вот дали.
Я сидела и не верила в то, что говорил дядя. Разве сейчас так делают?.. Это больше смахивает на криминальный сериал из 90- х…
- А бизнес?.. – спросила я севшим голосом, ощущая такую пустоту внутри.
- И бизнес. И кое – какие вещи из квартиры Тохи и Ольги. Боюсь, милая, возможно, и квартиру придется продать… - проговорил дядька.
- Как?.. – прошептала одними губами, чувствуя липкий холодок вдоль позвонка.
- Чтобы тебя не тронули, дочь. Очень серьезные люди, все у них схвачено, - мужчина снова опрокинул в себя стопку.
К нашему столику подошел грузный лысоватый мужчина. В деловом костюме. Светлая рубашка была натянута на огромном животе, похожем на арбуз. Неприятный взгляд скользил по мне. Острый. Проницательный. А еще заметила у него травмированное ухо – будто кусочек кто – то откусил – неровное около мочки. Мне стало жутко, в горле пересохло. Смотрела на него во все глаза.
- Твоя племянница? – кивнул он дядьке. - Примите мои соболезнования, Елизавета. Мы с твоим дядей – очень хорошие друзья. Надеюсь, и с тобой станем, девочка, - проговорил мужик; к нему подошла девушка, примерно моих годов, вся искусственная, в брендовом платье, при полном параде.
Он ее крепко прижал к себе, она глупо захихикала, трясь об этого противного борова всем своим точеным телом.
- Дядя расскажет тебе подробнее обо мне, да, Васильевич? – расплылся в неприятной улыбке мужик, а его зазноба прошептала тихо: «Мы что, сегодня будем в этом клопятнике?».