Захожу в дом, но ничего не слышу, тишина. Постепенно на движение включается подсветка, поднимаюсь наверх и, только подойдя к ее комнате, слышу лёгкую тихую музыку. Любопытство гложит. Открываю дверь и ... Вау!
Стоя на носке правой ноги, левую она приподнимает, отводит в сторону, сгибая в колене, а затем поднимает ее вверх. Я, кажется, сейчас даже имени своего не скажу, потому что не вспомню, а кровь бурлящим потоком устремляется в пах. Пи&дец!
Стою, пуская слюни на малолетку какую-то, физиология, не денешься никуда.
Она, тем временем, отводит ногу назад, разводит руки в стороны и, прогибаясь в спине, наклоняется вперёд. В обычных трикотажных лосинах, майке-сеточке и спортивном лифчике. Волосы, собраны в бублик на макушке, прямые плечи с выделяющимися ключицами, вся она, от макушки до носка вытянутой ноги, словно в единой линии, натянута, как струна. Клянусь, в жизни прекраснее ничего не видел. Дышу глубоко, через нос, пытаюсь хоть как-то успокоиться, но воображение мое подкидывает яркие картинки, воспоминания о том, как касался ее губами на улице.
А я же только от Киры, обычно мне хватает. Обычно, но не сейчас. В моих штанах происходит что-то невообразимое. Если сейчас Алена увидит меня и мое желание, то приводить в чувства ее придётся долго. Надо уносить ноги.
Нехотя ухожу, но не в комнату, в горле пересохло, спускаюсь в кухню и засовываю голову под струю ледяной воды. Вот такой я сейчас неадекват. Смешно самому, но вроде начинает отпускать. Завариваю себе чай, на столе, прикрытые прозрачной крышечкой какие-то печеньки, пью чай с ними, вкусно. Надо Томочку Михалну завтра поблагодарить, выпечка отменная получилась.
Дом сейчас пропитан тишиной, по-этому шаги на лестнице слышны даже отсюда. Усмехаюсь, знаю, кто идёт.
Шаги приближаются, а потом замирают , оглядываюсь, так и есть. Стоит, обняв себя руками. Пробегаюсь по ней взглядом. Стремный, огромных размеров халат, в который она укутана, словно мумия. Чувствую, как прилив крови снова подступает к паху, а потому что я знаю, что прячется под этим халатом, скрывай теперь не скрывай, каждая округлость, каждый изгиб прочно засели в голове.
-Не спиться?- прочищая горло спрашиваю.
-Нет,- словно очнувшись и вспомнив зачем пришла, она обходит мой стул и движется к куллеру.
-Если что, то на цоколе спортзал,- резкий поворот головы в мою сторону, глаза, обжигают, словно искры, а потом щечки начинают алеть.
-Спасибо, мне Тамара Михайловна говорила, но там камера,- бормочет, наливая воду.
-И че?
-Я не хочу, чтобы кто-то видел, это личное.
-Ну тогда комнату запирай, личное и перед окном не светись!- опускает голову и снова краснеет,-Вообще, ночь на дворе, у тебя днем времени не хватало?
-Так вышло!- пожимает плечами,-Печенье, кстати, вкуснее, если с молоком.
-Ну молока я еще на ночь не пил!
-Как хотите,- равнодушно пожимает плечами, -Спокойной ночи.
-Подожди,- хватаю ее за руку, черт, а меня еще не отпустило, потому что от легкого касания с ней, коротит,- Я немного сегодня переборщил, извини.
-Я тоже хороша, так что один- один,- улыбается.
-Может быть,- не хочу ее отпускать,- С молоком, говоришь вкуснее?
-А...- немного теряется, потом переводит взгляд на печенье,-Да, вкуснее.
-Тащи молоко,- подмигиваю ей, но потом добавляю,-Пожалуйста.
Девчонка улыбается, достает молоко, наливает в кружку и ставит ее в микроволновку.
-Еще и тёплое,- недовольно ворчу.
-Да, нам раньше после тихого часа или на ночь всегда давали кипячёное молоко, мы его жутко ненавидели, а пить надо было. Вот одна из наших нянечек пекла нам такое печенье, и мы ради него пили молоко. Правда строго по одной печеньке в руки, потому что из своего кошелька, дороговато. Я мечтала, вырасту, напеку себе такого печенья гору и съем одна.
-И как?
-Выросла,- вздыхает, ставит передо мной кружку,- Попросила рецепт, напекла, но даже половину не осилила, объелась. Но вкус все равно не тот.
-Не из детства?- улыбаюсь, вспоминаю бабкины лепёшки, сколько после нее не пробовал, ни у кого такие не получались.
-Наверное, хотя Ярику нравится и Томочке зашли.
Печенька от удивления встаёт поперёк горла. Немного закашливаюсь.
-Это ты пекла?
-Я, Ярик любит, а у Томочки Михалны много дел, а мне не сложно.
На ум опять приходит образ Киры и ее заказанная еда, мне кажется, не стань завтра доставки и она умрёт от голода, она не просто готовить не умеет, она даже неудосуживается сервировать стол, все просто в контейнерах и коробках...