Князь тогда и говорит: «Еще год тебе даю, если за год княжич ничему не научится, только коров пугать, ты сядешь». «В тюрьму?» — спросил Емеля. «Нет, на кол», — ответил князь и нехорошо так улыбнулся.
— Ужас какой, — сказала Маша.
Я украдкой взглянул на девушек, те слушали. Павлиний хвост распушился сам собой. Емеля в страхе перед князем сбежал, Иванушка попал к рептилоиду на корабль.
Сказка превратилась в маленький фантастический рассказ.
Ребенок слушал.
— А рептилоиды на самом деле бывают?
— А черт его знает, чего там в космосе бывает. Я думаю, до фига чего бывает, и рептилоиды тоже. А вот ты домой не опоздаешь?
— А как можно домой опоздать?
— Ну, уроки, наверное, уже кончились, тебе пора дома быть, а ты со мной в кафе сидишь. Отец ругаться не будет?
— Не будет, скажу, к Ане зашла, у нее и поела.
— А Аркадий дома сейчас или ходит где?
— Когда как. То дома целый день, а то нет его, и приходит поздно. По-разному.
Я достал телефон и взглянул на часы.
— Давай, еще пятнадцать минут, и домой поедем.
— Давай.
Еще пятнадцать минут инопланетного контакта. Лук из композитных материалов с самонаводящимися стрелами. Меч-кладенец: вольфрам, титан, ванадий. Атомарная заточка. Не тупится, не ржавеет, не ломается. Год жизни Иванушки в затонувшем корабле при полуторном G…
— Что такое «G»? — спросила Маша. Девушки заулыбались.
— Сила тяжести, — пояснил я, укоризненно взглянув на девушек. — В мире рептилоида все тяжелее в полтора раз. Ванюшка поначалу еле ноги таскал, потом привык, освоился. За год мускулатурой оброс, на Шварценеггера похож стал.
— Все, Машунь, дальше — звони вечером, по телефону расскажу.
Машка сначала скорчила недовольную рожу, потом сказала:
— Хорошо, что ты приехал. Ты ведь будешь ко мне приезжать?
— Обязательно, Маш. Видишь, не все так и страшно.
Маша вздохнула:
— Ну, да, нестрашно.
В двенадцать часов от Машки пришла эсэмэска: «Я в кровати, давай рассказывай».
Я тут же ей позвонил, она взяла трубку, но голоса не подала.
— Машка! — строго сказал я в телефон, — ты с ума сошла! Двенадцать часов, а ты только в кровать залезла. Ты уже час, как спать должна. Звони завтра в пол-одиннадцатого.
Машка отключилась, и сразу телефон звякнул эсэмэской: «Ну, пожалуйста!!!!!!!!!!»
Я снова набрал номер,
— Ладно, первый и последний раз так поздно.
Рептилоид на починенном корабле полетел в космос. Иванушка побежал махать космомечом и стрелять из космолука…
Маша кашлянула. Я спросил:
— Что, неинтересно?
Она кашлянула два раза.
— Ну, извини, — сказал я, — принцессы, княжны и прочие особи женского пола появятся позже. Сначала описание перса, скиллы, оружие, количество жизней. Потом там все развернется.
Маша кашлянула снова.
— А может, вообще, уже спать будешь? Поздно.
Отключившийся телефон показал, что Машка согласилась спать.
— Спокойной ночи, — прошептал я в молчащую трубку.
Утром позвонил Аркадию, предложил сводить ребенка на выходных в дельфинарий. Он хоть и убогий в Москве, но Машке может быть интересно. Аркадий не возражал, сказал только, что Маша ночью кашляла, как бы не заболела.
Через пять минут он перезвонил.
— Знаешь, идите вдвоем. Я не хочу. Опять, блин, начнется демонстрация: дядя Сережа хороший, а я плохой. Если она вдруг заболеет, а предупрежу, конечно.
Когда я собрался заказывать билеты, выяснилось, дельфинарий закрыт, ремонт.
Я позвонил Машке.
— Машунь, привет. Я выторговал у Аркадия наш с тобой поход в дельфинарий, но он сейчас не работает. Я все равно тебя в воскресенье заберу. Просто погуляем. Не пропадать же возможности. Да, и скажи мне, в какой комнате ты спишь? Почему он слышал, как ты вчера кашляла?
— В своей комнате, в той, которая самая маленькая. Почему он слышал? Может, мимо двери проходил. Я специально кашляла, а не говорила, чтобы он не догадался, что ты мне сказку рассказываешь. А сегодня будешь рассказывать?
— Обязательно, только ложись не так поздно.
— Угу, — ответила Маша.
Я, правда, не понял, это было согласие или сарказм.
Я повез девочку в «Ресторан в темноте», благо, он недалеко от ее дома. Видимо, сработал стереотип ухаживания за девушками. А куда еще можно везти десятилетнего ребенка? Только в кабак.
Уже по дороге запоздало догадался спросить, не боится ли она темноты. Пока Маша жила у меня, вроде не замечал.