Я почти три часа наслаждаюсь тишиной и окружающей красотой. Проплывёшь немного, не терзая себя спортом, выберешься на берег, растянешься на деревянном топчане под громадным зонтом, и даже не хочется идти в дом, чтобы пропустить рюмку коньяка. И без него всё так прекрасно. К семи вечера появляется Георг. Девушек с ним нет. Кажется, он отрезвел, но вид по-прежнему довольно помятый.
– Как состояние, господин миллионер?
– Дрянь и ещё раз дрянь. Как может быть иначе, если всё встало на голову и возвращаться назад не собирается.
– А может быть, надо просто мобилизоваться и встретить проблемы трезвым?
– Кто бы спорил. С утра завязываю. Завтра и о делах поговорим. Кстати, что за новое обращение? Почему господин миллионер?
– А как иначе? Ты дом свой со стороны видел?
– Видел, ну и что? Дом временно снимаю.
– Извини, босс, но у русских так не бывает. Не снимают наши виллы, они их в основном покупают. Вложение денег в недвижимость – самый надёжный способ их сохранить.
– Ладно, закрыли тему. Этот дом – уже вчерашний день. Надо о будущем думать.
– Говоришь, завтра этим займемся? А сегодня что делать будем? Продолжать праздник жизни?
– А что ещё остаётся? К десяти из ресторана хавалку подгонят. Так сказать, горячее. Подкрепимся, и снова в бой.
– С кем воевать, с коньяком или с девушками?
– Твоё личное дело. Я – с коньяком.
К восьми из дому выползли красавицы и сразу бухнулись в бассейн, прохладной водой приводя себя в рабочее состояние. До десяти плескались, из напитков предпочитая соки. Но в десять прибыл небольшой белый фургон, на борту которого зелеными буквами написано: «Ресторан „Пятый континент“». Двое молодых парней во всём белом выгрузили продукты, мгновенно накрыли стол и через десять минут отбыли. Громадные шашлыки из баранины, очень вкусные, остальное – закуски и салаты. В общем, загремели опять стопарями. Георг провозгласил тост: мол, он очень рад видеть меня – своего старого друга и почти что брата. Потом я говорил что-то в том же духе, девушки ни слова не понимали. Но головами кивали согласно и одобрительно, мол, пить так пить. При этом очень мило улыбались. Они выглядели свеженькими, словно и не было дневного возлияния. В общем, пить начали очень дружно. И пока доза коньяка в организме не перевалила за критическую отметку, я притянул светленькую, к её очень большому неудовольствию, к себе на колени. Девушке, видимо, хотелось чинно и комфортно напиться, сидя на своем стуле, а не на мужских коленях. Мои руки ей мешают пить и есть. Если с руками и тисканьем она ещё как-то смирилась, то пойти со мной наверх отказалась решительно. Думаю, она уже зацепила недуг под названием алкоголизм и если окажется наверху, в спальне, то только бездыханной и доберется туда на моих руках. Очень уж часто она опрокидывает стопари, да и её подруги не отстают. Мы с Георгом на этот момент просто кристально трезвые. Кстати, босс почти не пьёт, значит, всё серьёзно насчёт завтрашней завязки и начала будущих дел. Девчонки продержались довольно долго, почти до полуночи. Ну и тут нет ничего удивительного: такая закуска, изумительное парное мясо. Никогда не думал, что баранина может быть такой вкусной. Вот только после пайки штангиста калории требуют выхода. А коли нет любовной стадии, то придётся удовлетворить своё желание с очень пьяной австралийской дамой. Нежно поднимаю светленькую с кресла, куда она успела перебраться, и несу наверх, в одну из пяти спален. Она сладко похрапывает у меня на плече. Укладываю женщину на кровать и прямо не знаю, что делать. Она спит сном младенца, даже как-то неудобно её тревожить. И совсем некстати вспоминается любимая жёнушка. Представляю лицо моей грузинской княжны, доведись ей увидеть эту картину – её муж рядом с пьяной до невменяемости женщиной готовится удовлетворить свою похоть. Нет, так не пойдет. Надо ещё немного выпить и прогнать из души остатки морали. Кстати, у меня нет презерватива, а без него я никогда не решусь. Это последний и самый надёжный аргумент в пользу выпивки. Придётся заглушить половое влечение старым добрым русским способом, и бодро отправиться в страну дураков. Внизу Георг встретил меня удивленным взглядом: