Японец, слащаво улыбаясь, тряс своими длинными, типа хиппи, патлами и не уступал. И более того, чувствуя, что клиентка запала на пикап конкретно, плотоядно хихикал, не отрывая взгляда от её шикарной фигуры. Его четыре помощника, такие же лохматые, что-то верещали, советуя явно похабное. Я точно знал, что они хотят, и ждал, что предложение вот-вот поступит, но не вмешивался, мы люди взрослые и, наверное, знаем, что делаем. Мне вообще неприятен этот торг. Стоит ли так унижаться из-за какой-то машины? Я не обратил внимания на средних лет толстячка, который небрежно развалился в кресле, в самом углу офиса; читал газету, к происходящему интереса не проявлял. Мне эта беспонтовая суета уже изрядно надоела, я рад бы уйти, но не могу. Пока не вмешиваюсь, это не моя тема. Дилер, понимая, что женщина со мной, всё не решается предложить ей интим. (Это, кстати, частенько практикуется как среди наших туристок, так и среди женщин из обслуживающего персонала судов. Ещё я слышал, что часто женщины вступали в интим с согласия мужей. Многие предприимчивые товарищи только за тем и брали жён в туристические рейсы в Японию. И в нашей ситуации всё шло именно к этому). Если Галина согласится, я не буду вмешиваться в эту пикантную ситуацию. Это будет её выбор. Чтобы не мешать торгу, я вышел на улицу. Пошел по стоянке, на которой стоит больше тысячи машин, цены в основном с шестью нулями. На душе тоскливо. Почему Галина не обратилась ко мне? Ведь мы уже далеко не посторонние люди. Неужели она сможет пойти на это? Может, она просто не хочет разорять меня ради мужа? Посмотрим, думаю, через полчаса всё выяснится. А пока моё внимание привлекли универсалы. Восемь машин, на которых цены были скинуты больше чем на тридцать процентов. Стоила такая машина изначально десять тысяч долларов, а теперь всего семь. По большому, счёту мне не нужна такая тачка, но она совершенно новая, и это привлекает к ней внимание. У меня таких денег нет, а из имеющейся пятерки, я думаю, две придётся отдать Галине. Уж очень она желает купить этот внедорожник. Тем временем события в офисе подошли к кульминационному моменту. Женщина поняла, что от неё хотят, и что она получит в результате этого. На улицу она выскочила, если не как ошпаренная, то очень и очень резво. А когда подошла ко мне, я увидел на её глазах слёзы. Что я мог сделать? Только прижать к себе и поцелуями осушить слёзы, так, наверное, делают многие мужчины мира.
– Идём на судно, там всё обсудим и завтра вернёмся. Я думаю, мы купим эту машину.
Галина не отвечала, обиженно утирала глаза платочком. Японцы, скорее всего, наблюдали эту лирическую картину и поняли, что обсудить эту скользкую тему надо было именно со мной. Всё решает мужчина, как он скажет, так и будет. Дилер с двумя помощниками выскочил на улицу, едва мы повернули на выход; улыбался похотливо и нагло, уверенный в успехе на все сто. Он показал на внедорожник, на новую «Короллу», которую я разглядывал всего пять минут назад, и вытянул передо мной растопыренные пальцы, мол, всего семь штук за обе машины. Удостоверившись, что я понял цену, японец, не переставая улыбаться, показал на себя и на двух помощников, а затем на Галину и сделал похабный жест, понятный во всем мире. Извини, брателло, но ты ошибся, не все русские такие, какими ты их представляешь. На моё вежливое «ноу» он просто заржал и загнул один палец. Цена сократилась на тысячу. Мы развернулись и пошли прочь. Вот сука, какой непонятливый. Снова хватает меня за руку и что-то верещит. Тебе сказали, так что ты ещё хочешь? И чтобы в дальнейшем он умерил свою непотребную назойливость, пришлось немного поучить. Именно немного, чтобы не вмешивать в наши дела полицию. Может быть, в будущем это пойдёт на пользу, и товарищ впредь будет думать, прежде чем лезть со своими мутными предложениями, тем более, что он получил на них ответ. Коротким правой в дыхалку я переломил японца пополам. Двое других в испуге отступили. На улицу мгновенно высыпали остальные, включая и вальяжного толстячка. Возможно, они были каратистами, но не очень высокого класса, махали в основном ногами, пытались навалиться толпой, но я, резко меняя направления, путал их планы. А три прицельных удара в корпус вывели из строя троих. Горячий самурайский дух растворился в свежем осеннем воздухе. Толстячок наблюдал это всё с интересом. Чтобы поставить жирную точку, я упер палец себе в грудь и сказал слово, понятное всему миру, что я – русская мафия, вернее, её солдат. Не будет же настоящий мафиози торговаться за подержаную машину. Это, скорее всего, и не пришло в голову торговцам. Поняли, с кем имеют дело, и отступили за спину толстяка. Он, видимо, тут самый главный. Мужичок представился мистером Тонако. Он хозяин этой стоянки и многого другого. Его английский с трудом переводит Галина. Я понимаю общий смысл. Японец просил прощения за своих работников и, чтобы женщина не держала на него зла, отдаёт эту машину за три тысячи долларов, как она и хотела. Инцидент исчерпан, японские пацаны, поглядывая на меня уважительно, занялись оформлением. По нашему русскому обычаю, я пошёл в магазинчик, чтобы купить бутылку и обмыть удачно закончившееся для меня происшествие. Японец сэкономил мне приличные деньги, так что сам Бог велел выпить с ним за это. И в глазах своей женщины я остался на высоте, а это немало. Небольшая винная лавка оказалась довольно далеко от стоянки. А коли я сходил так далеко, то, думаю, не стоит мелочиться, и купил литровую бутылку японского бренди «Сантори» аж за двести долларов, к нему, как обычно, две большие плитки черного шоколада. Мистер Тонако оказался коммерсантом до мозга костей. После второй рюмки, которую он выпил, смакуя и причмокивая от удовольствия, спросил, сможем ли мы его встретить весной и показать все достопримечательности нашего города, ему хочется посетить Россию. Я не суетясь, как и положено крутому парню, достал спутниковый телефон, который произвёл на японца тоже хорошее впечатление. Высветил свой номер, японец черканул его в записную книжку. Заодно по-русски написал ему свой домашний адрес и номер домашнего телефона. Галина чётко перевела, что я буду очень рад его приезду и все организую по высшему классу. Мистер Тонако глядел на меня с уважением, как и его подчинённые. Спутниковый телефон и дорогой коньяк, видимо, произвели впечатление. А что, такие вещи могут себе позволить небедные люди.