– Всем привет. Ваш напарник, Никола. Ни Коля, ни Николай, а именно Никола. Введете в курс дела. Садись, Никола, завтракай. Старшая здесь Марина, ее слово закон. И расчет через нее. Давай, осваивайся. Сегодня конец недели, работы, думаю, много не будет. По ходу дела тебя мужики похмелят.
Пока Савел говорил, все молчали. И только когда он вышел, один представился:
– Максим. Вот твой рундук для робы. Вот твое место за столом. Садись завтракать. Работать будешь в паре с ним, с Гришей.
Еще один, Гриша, кивнул седоватой головой. Третий так и не представился. Я сразу уловил какую-то настороженность. И примерно догадываюсь, в чем дело. У них имена, у меня кликуха. Это мужиков и напрягает.
– Спасибо, аппетита нет. Мне бы чего холодного.
Из небольшого холодильника достали бутылку газированной минеральной воды. У ребят тут все предусмотрено.
– На, туши пожар. До вечера не опохмелишься, это шеф для красного словца сказал. Вот когда работу закончим, тогда другое дело.
– А когда обычно заканчиваете?
– Это когда Марина скажет. Она и царь, и бог, и опохмелятор.
Через десять минут я познакомился с начальницей, приятной женщиной лет около пятьдесяти. Вот только жесткий взгляд отталкивал от нее как от женщины. А формы у нее очень даже аппетитные. И я открываю в себе очередное не очень хорошее качество. У меня любимая жена-красавица, в объятиях которой я просто обмираю. А вот сейчас обмираю от вида большой груди посторонней женщины. Просто кошмар какой-то. А она так явно вырисовывается под голубым халатиком импортного производства. Марина принесла мне робу: комбинезон и кроссовки, все новое. Не здороваясь, перешла к делу.
– Одежду раз в три дня стирать обязательно. Рекомендую взять еще один комплект за свой счет. Так все делают. Мы связаны с продуктами, внешний вид – не последнее дело. Да и для санитарных врачей чистая одежда, как бальзам на душу. Так берешь второй комплект?»
– Беру, конечно, если все так делают.
– Где твой шкафчик? Попозже занесу. На работе не пить, пока я не разрешу. Остальное по ходу дела.
Она ушла, не спросив моего имени и не назвав своего. Ладно, мы не гордые, перебьемся. А вот бредовая мысль потискать заведующую, настигала меня, едва я с ней близко сталкивался.
Дальше все пошло своим чередом. Одни машины привозили товар, другие забирали. Партии груза были небольшие, и транспорт чередовался не часто. Так что успевали и перекурить, и пообедать. Работа катила совсем не внапряг, несмотря на вчерашнюю дозу. Худо-бедно, а грамм двести выпил. К вечеру эти граммы вышли потом. Но аппетит так и не появился. Когда в семь вечера сели ужинать, меня хватило на чашечку кофе, и то с молоком. От водки я отказался.
– Хороша ложка к обеду. Сейчас уже поздно, я восстановился.
Мужики не настаивали и не уговаривали. Не спеша, в два захода прибрали семьсот грамм «Столичной», аппетитно закусывая колбасой. А покончив с ней, сразу засобирались домой. Как мне объяснили, сейчас всех на микрике развезут по домам. А вот по утрам добираются своим ходом, кто как. Сервис просто отличный. Зашла Марина, сказала, что я завтра отдыхаю, а вот в воскресенье быть к девяти утра. Два грузчика по выходным дежурят по очереди, заодно в складе уборку наводят. Еще каждому выдала по небольшому пакету продуктов. Дневная натуральная оплата в виде кольца полукопченой колбасы, двух окорочков и банки китайской свиной тушенки. Это, так сказать, премия за сверхурочные. Можно взять продукты за деньги по себестоимости, только, конечно, не в товарном количестве. Очень даже неплохо.
И только дома, когда помылся и прилег, почувствовал что довольно прилично устал. Ведь целую минуту решал, то ли закрыть глаза и уснуть, то ли обнять Викторию, которая улыбалась ласково и кротко. Мол, все понимаю и не настаиваю, но у нас вчера этого не было. Прикоснувшись к желанному телу жены, мгновенно забыл про усталость. Какая она упругая и гибкая, как быстро откликается на мои ласки. Я ее хочу всегда. И так нелепо и ужасно выглядело сейчас мое недавнее желание к старой тетке, к Марине. Сейчас я свято верю, что не смогу прикоснуться ни к какой другой женщине, кроме моей любимой жены.