– Привет, мужики. Как жизнь, как дела?
Те не поддержали моего весёлого тона. Говорит Леонид Павлович, Сергей уперся в руль и молчит.
– У нас горе, Никола. Нашего друга убили здесь две недели назад. Недалеко от авторынка.
– Соболезную.
– Мы к тебе по делу. Слышали, что ты бывший оперативник и очень даже неплохой. У вас бригада мощная. Помоги нам найти этих уродов, в долгу не останемся. Вот и вся наша просьба.
– Понятно. Но прямо сейчас не могу сказать ни да, ни нет. Во-первых, моя ментовская служба давно позади, и она меня вообще не интересует. Во-вторых, я не один. Не могу ничего предпринять, не посоветовавшись со своими.
– А если твои будут не против, поможешь?
– Конечно.
– Спасибо, мы так и думали. Когда со своими говорить будешь?
– Завтра после обеда созвонимся. Всё будет уже понятно.
– Ещё раз спасибо. Понимаешь, мы ищем любые возможности, чтобы найти и наказать уродов, хоть этим чуть оправдаться перед Кирюшей. Не можем себе простить, что не настояли на охране. А как настоишь, если он сам бывший чекист, крутой. Всё знал, всё умел, ничего не боялся. Но что теперь-то об этом, назад ничего не повернешь. В общем, до завтра. Если всё будет как надо, мы любые деньги отстегнем.
Когда прощались, Сергей чуть поднял голову, пожимая руку. В его глазах стояли слёзы. Да, горе у ребят не шуточное. Подождал, пока машина с сибиряками выехала со двора, и вернулся на стоянку. Забрал машину и погнал к ресторану. Босс оказался там, так что не пришлось созваниваться и гонять по городу, разыскивая его.
– Извини, Георг, что отвлекаю. На меня буквально час назад одно дело свалилось.
– И ты сам не можешь его разрулить?
– Могу, конечно, не в этом вопрос. Твоё благословение требуется. Дело больно щекотливое. Сибиряки, те что «Альфу» купили, снова приехали. У них горе, друга убили возле авторынка. Они ищут убийц, чтобы наказать. У меня помощи попросили. Откуда-то знают, что я бывший опер.
– И ты настроен им помочь?
– Да, босс, ведь ребята за друга хотят рассчитаться. Я всё понимаю, и знаю, какие неприятности на нас могут свалиться. Потому всё и рассказываю тебе. Слово за тобой, как скажешь, так и будет.
– А что милиция?
– Я деталей не знаю. Мужики сказали, что все варианты задействуют и никаких денег не пожалеют.
– Говоришь, дело за мной стало, а сам просто рвёшься в бой. Почему?
– У них горе. Тот, что помоложе, просто плакал. А он воин по жизни. За друга они хотят отомстить – это святое.
– Понятно. Я не против, помогай. Только поосторожней, внимания к себе не привлекай. Вдруг кому-то на мозоль наступишь, и пойдет цепная реакция. Я лично думаю, что это шпана безмозглая сотворила. Поговори с Аспирантом, он подскажет с кем на рынке переговорить. Скажешь ему, что я лично в расследовании заинтересован. А вообще-то я с ним сам сегодня переговорю, он вечером ко мне заедет.
– Спасибо Георг, если честно, то на другой ответ я и не рассчитывал. Сам понимаешь, нельзя убивать людей. За это надо наказывать, чтобы другим неповадно было.
– Ты сначала найди этих козлов, а потом рассуждай.
– Найду. Тем более в паре с Аспирантом.
Второго человека в бригаде я никогда не видел улыбающимся. На лице никаких эмоций. И звался он Аспирантом совсем не зря. Он мозговой центр нашего сообщества, организатор высшего класса. Выслушал меня молча, минуту думал и посоветовал для начала переговорить с Петрухой, охранником, вернее сторожем на этом самом авторынке, подрабатывающим по совместительству ремонтом двигателей. Говорят, механик он неплохой. И деньги ему нужны позарез, недавно квартиру в долг купил. Если этот самый Петруха ничего не знает, то надо найти участкового по этому району. Зовут его Костя, звание майор. Тот наверняка в курсе дела. Но обойдётся мент на два порядка дороже Петрухи. Решать тебе, кого первого крутить.
– Разговор сам проведешь или помощь потребуется?
– Сам справлюсь. Тем более, у обоих кадров стимул солидный – деньги. А это обычно беспроигрышный вариант. Может быть, их просто отдать сибирякам, пусть сами договариваются, всё равно им платить.
– Вот тут ты не прав, молодой человек.
Аспирант говорит со мной поучающее-снисходительно, хотя и не намного меня старше.
– Зачем светить ребят перед посторонними? Так через месяц весь город будет знать этих стукачков, а где потом новых брать? У нас на этом рынке тоже интерес присутствует. Так что помни об этом и действуй поаккуратней.
Петруха – молодой мужичок с простым симпатичным лицом, лет тридцати пяти. Обыкновенный работяга, каких сотни на всех автосервисах города, но это только с виду. Говорить отказался наотрез, всё твердил, что не знает о чём идёт речь. Если, конечно, у меня проблемы с машиной, тогда другое дело. Он поможет, всё сделает в лучшем виде. Пришлось снова связываться с Аспирантом. Тот посмеялся, но Петруху похвалил. Мол, если тот всё делает правильно, то и проживёт долго. Больше механик не придуривался. А знал он много, да и как не знать, если он днюет и ночует на этом рынке. Машины подержанные, работы по механической части воз и маленькая тележка, успевай только поворачиваться. А механик для всех просто механик, никто и не думает, что он может иметь бизнес совсем в другой сфере. Выпивают с ним, болтают между собой и по телефону, относясь к Петрухе, как к постороннему предмету, а зря.