С первого дня пытаюсь сломить, вернее, растопить её холодность и обиду. Разве не хочу, чтобы наши отношения были лёгкими и безоблачными. Для меня нет большего счастья, когда моя Вика засыпает на моем плече, прижавшись губами к моей щеке. Боже, я как последний кретин влюблен в эту женщину. Мои руки и губы не действуют на жену, и я пытаюсь словами в очередной раз убедить её, что у нас всё не так плохо, мы созданы друг для друга, и наш брак – это самое главное, что у нас есть.
– Любимая, пойми меня правильно, работа есть работа. У кого она лучше, у кого хуже. Я в определенном бизнесе. И на данный момент не могу выйти из дела, как и не могу тебя посвятить в детали. Это коммерческая тайна. Да оно тебе надо? Зачем лишние тревоги и волнения? Я не хочу, чтобы ты волновалась и переживала.
– Ты делаешь всё как раз наоборот. Тебя столько времени не было, я не находила себе места. И никто не знает, где ты, что с тобой. Тебя нет почти месяц, ни звонков, ни писем, что я могла подумать? Чем это ты занимаешься, если мы не можем даже созвониться.
– А ты мне просто на слово поверь. Если я не мог тебе позвонить, значит, это от меня не зависело.
– Я тебе верю. Но зачем ты занимаешься такой работой? Почему бы не сменить её? Ты не боишься, что все эти твои дела приведут к расколу нашей семьи? Сегодня маленькая трещинка в отношениях, а завтра она превратится в пропасть, которая разделит нас навсегда, а может, и того хуже.
Вика как журналист говорит очень красочно и убедительно и, наверное, правильно. Я всё понимаю и ничего назад развернуть уже не могу.
– Может быть ещё хуже? Ты для меня всё.
– Может, ещё как может быть. Я что совсем дура, не соображаю, где ты крутишься, и чем всё это может закончиться.
– Чем конкретно?
– Бедненький, ты не понимаешь? Так прямо скажу: тюрьмой или того хуже – отвезут на кладбище. Ты хоть обо мне-то думаешь?
– Я только о тебе и думаю. Ты мой тыл, ты для меня все. Я же ради нашего благополучия этим занимаюсь. Просто мне кажется, что если не будет материального благополучия и трещинка тоже может стать пропастью. Худо-бедно, а квартиру сделали, и она полностью на тебе. Обставили шикарно, машины у тебя и у меня, на твоём счету приличная сумма. Повторяю, я занимаюсь этим вынужденно, а не потому, что это мне очень нравится.
И наконец, привожу самый убойный аргумент, который давно приготовил именно для такого случая.
– Я не гордый, если твой папа возьмёт меня в свой бизнес, я с удовольствием пойду. Но ты прекрасно знаешь, этого не будет. Так что я зарабатываю, как могу. И поверь мне, это всё только для тебя. Скажи честно, ты пойдёшь жить в гостинку, ездить на работу, толкаться общественном транспорте?
Мои слова, кажется, достигли цели. Преимущества моей мутной работы налицо, и от этого никуда не деться. Если моя любимая так за меня переживает и вдруг со мной что-то случится непредвиденное, то плоды моего неправедного труда, наверное, скрасят её горе.
– Может, и так. Может, ты и прав в чём-то. Но разве нельзя найти другую работу? Хотя бы в том же море. Я буду тебя верно ждать.
– А ты думаешь, работа в море отличается от моей нынешней? Там тоже надо крутиться, без этого ничего не заработаешь.
– Я боюсь одного, ты всё ставишь на карту, играешь, а это всегда плохо заканчивается.
– Вполне возможно. Но я стараюсь всё просчитать как можно тщательнее. Просто иногда предполагаешь одно, а на деле получается совсем другое. И это случается именно тогда, когда ты не можешь всё бросить на полпути. А если и бросишь, то это будет элементарным предательством, ведь я в деле не один. Я не могу подвести остальных, у них тоже и семьи, и дети. Давай оставим на сегодня этот разговор, что, у нас нет более интересных занятий? Мы так долго были в разлуке, я по тебе соскучился. А на будущее обещаю и клянусь, при первой возможности я завяжу со всем этим. Иди ко мне, ты не представляешь, как мне нужна.