Женщины любят ушами. Да и я был совершенно искренен, свято верю в то, что всё брошу ради своей женщины, которая сейчас распахнет свои объятия, согреет, успокоит, придаст уверенности, которой мне так не хватает в последнее время. Стыдно сказать, я просто боюсь, понимая, в какую заваруху попал. Может, мои слова и не убедили Вику, но решимость стоять до конца, быть холодной и неприступной, кажется, подорвали. Она ещё прижимала кулачки к подбородку, а локти к груди. Но уже не отстранялась от моих рук, поглаживающих её плечи. Мои губы коснулись её щеки, её волос… Но губы не открылись навстречу моим губам.
– Я тебя люблю. Я не могу без тебя. Я все делаю только ради тебя.
Моя жена ещё молчит, и только слезинки застыли в уголках глаз. Нет, я не дам им пролиться. Дыхание её участилось. А руки из защитной стойки неуверенно легли мне на грудь, неуверенно скользнули за спину и так же неуверенно обняли. Мои губы уже не встречают сопротивления её губ. Ещё мгновение и мы целуемся, задыхаемся от нахлынувшего на нас желания. Счастье просто неземное, когда её головка на моём плече и её лёгкое дыхание меня просто обжигает. Я несу свою женщину к кровати. Её счастливые глаза, взгляд, от которого готов перевернуть весь мир.
За окном темнеет, а мы ещё в постели. Надо вставать, ужинать, мы не в силах оторваться друг от друга. Я уже спокоен, всё в порядке, главная задача решена. Я снова знаю, за что рискую, за что борюсь на грани фола – за эту женщину, которая всегда меня спасёт, прикроет, своей лаской и теплотой отгородит от всех неприятностей и бед. Только имея её за спиной, я смогу разрулить самые трудные проблемы. Боже, какое это счастье – чувствовать её горячее тело, плотно прижавшееся ко мне.
Когда пройдут следующие три кошмарных месяца, и мы так же будем лежать в этой постели, я поверю, что меня спасла любовь моей жены, моей любимой и самой родной женщины. Я её понимаю, она очень боится, что в нашу судьбу вмешаются какие-то посторонние силы и сломают наше хрупкое семейное счастье. А как не бояться, если вопреки современной логике, наша квартира полностью записана на её имя, и все деньги, а сумма немалая, лежат только на её счету. Не надо быть сильно умным и догадливым, чтобы понять: сильная половина нашей маленькой семьи готовится, вернее, всегда готова к непредсказуемому развитию событий. Да ещё её любимый папочка постоянно намекает, чтобы присматривала себе нового спутника жизни, если она, конечно, не хочет носить передачи лет этак десять-пятнадцать. Вика рассказывает мне про эти разговоры и при этом всегда плачет, наивно удивляется, почему это её папа, такой хороший и добрый, меня невзлюбил. И развивая мысль, фантазирует, что вдруг мы помиримся, и он возьмет меня в свой бизнес. Кстати, мы и не ссорились. Потом сама смеётся своей несбыточной фантазии, целует непутевого муженька так, что сразу перехватывает дыхание.
Через три дня примерно такой же разговор повторится, когда я забью в её мобильник с десяток незнакомых телефонов и фамилий, по которым надо срочно звонить в случае чего. Снова будут слёзы любимой женщины и мои уверения, что это на всякий случай, и в этом ничего страшного нет. Я снова буду уверять, доказывать и умолять, и снова всё закончится горячей супружеской постелью и счастливой умиротворенностью. Хотя в душе я совсем не расслабляюсь. Неотвратимость наказания, как пишут в книгах, я ощущаю постоянно. Георг нанял трёх лучших адвокатов в городе и исчез, залёг на дно. Он-то точно знает, что вот-вот по нам будет нанесён удар. И в то же время уверен, что мы прикрыты со всех сторон, и нас просто не взять. У нас и разговор состоялся на эту тему.
– Может мне тоже исчезнуть на время, не мозолить глаза?
– Какой смысл? Ты для всех ни при делах. Проходишь шофером, помощником, телохранителем. По логике, что с тебя взять?
– Вот как раз по логике и трясут мелочёвку в надежде выйти на крупняк. Я Генычу велел говорить всё как есть, чтобы не запутаться. И героя из себя не корчить, чтобы не покалечили.
– Вот это ты зря сделал. Сам себя засветил.
– Всё равно до истины докопаются. А у парня и так жизнь не подарок. Он-то свою задачу выполнил на пятёрку. Да и в деле-то он сбоку. И навар его минимальный, как я понимаю. И уже роли не играет, кто всю эту бодягу придумал. Теперь никому мало не покажется. Мимо Конторы прошли очень большие деньги. Такие большие, что все издержки по их возвращению будут легко списаны. Мне не хочется быть такой издержкой.