Дилан смотрел на Вивиан, которая порхала по комнате, как взволнованная птица, и чувствовал, как внутри разливается то самое тепло, которое он когда-то считал для себя потерянным навсегда.
– Свадьба? – Переспросил он, снимая куртку и вешая её на спинку стула. – Розы и... как его?
– Джери, – ответила Вивиан, не отрываясь от телефона. – Тот самый, из-за которого она сбежала из дома. Представляешь, они всё-таки решили пожениться. В Таун-Роке. Через месяц.
– И ты хочешь поехать?
Вивиан наконец подняла голову. В её глазах плескалось столько эмоций – радость за подругу, волнение перед поездкой, сомнения, что она не узнала. И ещё что-то – надежда.
– Хочу, – сказала она. – Но только если ты поедешь со мной.
Дилан подошёл ближе, взял телефон из её рук и отложил в сторону. Потом обнял её, прижимая к себе, и почувствовал, как она выдыхает, расслабляясь.
– Конечно, поеду, – сказал он в её волосы. – Куда ты – туда и я.
– Но ты же не любишь большие скопления людей, – пробормотала она, уткнувшись носом ему в грудь. – А на свадьбе будет много народу. И придётся знакомиться, разговаривать, улыбаться...
– Ради тебя – всё что угодно, – повторил он свою недавнюю фразу, и она улыбнулась – он почувствовал это по тому, как дрогнули её губы на его рубашке. Вдруг она резко отстранилась, уперев ладонь ему в грудь.
– Подожди... Но тебе же нечего надеть. – Пробормотала Вивиан задумчиво, осмотрев его с головы до ног.
Дилан посмотрел на свою одежду – старые джинсы, потертая фланелевая рубашка, ботинки, которые видали и не такие штормы, – и усмехнулся.
– А что, в этом не пойдёт? – спросил он, и в его голосе прозвучала та самая нотка, которая появлялась, когда он знал ответ, но всё равно спрашивал.
– Дилан, – Вивиан посмотрела на него с выражением, которое одновременно было и укоризненным, и любящим, – на свадьбу ходят не в том, в чём ремонтируют лодки.
– Я не ремонтировал лодки, – возразил он. – Я работал.
– Одно и то же, – отрезала она, но в её глазах плясали смешинки. – Ладно, завтра после работы идём в магазин.
– В магазин? – Дилан поднял бровь. – Ты серьёзно?
– Абсолютно. Тебе нужен костюм. Или хотя бы пиджак и брюки. И туфли. И галстук.
– Галстук? – он произнёс это слово так, словно она предложила ему надеть корсет или цилиндр. – Вивиан, я не умею завязывать галстук.
– Научу, – просто ответила она, и в её голосе не было сомнений.
Дилан вздохнул, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёплое и одновременно пугающее. Он не был в магазине одежды уже... он даже не помнил, когда. Всё, что у него было, покупалось на рынке, в портовых лавках, у старых знакомых, которые знали его размер и не задавали лишних вопросов.
– Ладно, – сдался он. – Но ты будешь меня сопровождать.
– Естественно, – Вивиан улыбнулась и снова прижалась к нему. – Кто же тебя одного отпустит? Ты же купишь первое, что увидишь, и скажешь, что это нормально.
– А разве нет? – он обнял её, чувствуя, как её руки скользят по его спине.
– Нет, – ответила она. – Костюм должен сидеть идеально. Это тебе не штормовка.
– Ты слишком много знаешь о мужской моде, – заметил он.
– Я слишком много знаю о тебе, – парировала она, поднимая голову и глядя ему в глаза. – И я знаю, что в хорошем костюме ты будешь выглядеть потрясающе.
Дилан почувствовал, как щёки заливает краской – он, капитан, пусть и бывший, видавший и не такое, краснел, как мальчишка, от её слов.
– Ладно, – сказал он, пряча улыбку. – Уговорила.
Шуршание цветов (2).
Магазин оказался в центре города – не в портовом районе, где Дилан чувствовал себя как рыба в воде, а там, где пахло духами, кофе и деньгами. Вивиан уверенно вела его по отделам, перебирая пиджаки, прикладывая их к его плечам, критически осматривая и отбраковывая.
– Этот слишком тёмный, – говорила она. – Этот слишком светлый. А этот... этот какой-то мешковатый.
– Может, просто купим первый? – Вмолился Дилан, чувствуя, как продавщицы поглядывают на них с любопытством.
– Нет, – отрезала Вивиан. – Мы найдём идеальный.
Они нашли его через час. Тёмно-синий, почти чёрный, с тонкой белой полоской, которая была заметна только под определённым углом. Пиджак сидел на плечах идеально, брюки – по фигуре, и когда Дилан посмотрел на себя в зеркало, он не узнал собственного отражения.