- A ты рассказал ему про эту странную хрень? - спросил Хайнд.
- Да. Все. Но золото перевешивает все это. Наш подопечный поговорил со своим отцом, его отец поговорил с политиком, политик пнул полковника, и теперь мы должны нянчить детей, пока кучка других ублюдков богатеет.
- Все как всегда. У этого придурка действительно есть такое влияние? - спросил Bиггинс.
- У этого придурка действительно есть, - ответил Буллер и снова ухмыльнулся. - Так что привыкайте. Вы будете работать на меня все это время. Вы все равно пьете мое пиво, так что это делает все официальным.
Bиггинс обратился к Бэнксу.
- Можно я ему врежу, капитан? Чтобы он на время заткнулся?
- Тебе придется встать в очередь, Bигго, - ответил Бэнкс. - Но приказ есть приказ, так что мы снова пойдем в дерьмовую реку, как только прибудут вертолеты и мы доставим Хиральдо к врачу.
Буллер поднял глаза и снова ухмыльнулся.
- Четыре часа? У него есть максимум половина этого времени.
- Лучше надейся, что ты ошибаешься, - ответил Бэнкс. - Потому что, если этот человек умрет до того, как приедет врач, я позволю Вигго дать тебе затрещину.
Бэнкс был рад увидеть признаки сомнения в глазах Буллера, когда тот отвернулся.
На самом деле он хотел еще пива и еще сигарет. Он с огорчением заметил, что старая привычка вернулась, словно ее и не было. Он заставил себя пока сдержать это желание и вместо этого отправил МакКелли и Bиггинса на очередной обход земснаряда, а сам пошел в спальню проверить, как там Хиральдо.
К его удивлению, тот был в сознании. Проводник слабо улыбнулся, хотя его лицо было искажено от боли.
- Спасибо за кровать, друг мой, - сказал он. - Моим старым костям она подходит больше, чем раскладушка.
- Не говори. Вертолет уже летит. Держись.
Проводник снова улыбнулся, в его глазах отразилась глубокая печаль.
- Я всегда мечтал полетать на таком. Но боюсь, что это может быть мое последнее путешествие, и я буду слишком мертв, чтобы им насладиться.
Он протянул руку, и потная, горячая ладонь схватила Бэнкса за левое запястье.
- Я чувствую змею, мой друг. Она скользит и ползет по мне, ища выход из тьмы. Обещай мне, что поступишь правильно, если она выберется? Я прожил достаточно времени на этой реке как человек; я не хочу жить в ней как змея.
- Это говорит яд, - сказал Бэнкс. - Борись с ним.
Хиральдо закашлялся, и густая черная мокрота сочилась из его губ.
- Мы оба знаем, что это не так, мой друг, - сказал он. - Я вижу это в твоих глазах, в твоем сердце. Пообещай мне. Последнюю услугу умирающему человеку. На самом деле, я прошу о двух. Найди моего мальчика. Скажи ему, что я умер, думая о нем.
Бэнкс не стал говорить банальностей. Он знал умирающего человека, когда видел его; он видел слишком много, чтобы не знать. Вместо этого он погладил свою винтовку, а затем сжал горячую руку проводника в своей.
- Даю слово, мой друг, по обоим вопросам.
Следующие несколько часов отряд провел в патрулировании периметра, не спуская глаз с Хиральдо и куря бесконечную череду сигарет за столь же бесконечным потоком кофе в кухне и столовой. Бэнкс не позволял отряду пить пиво. Буллер, подразнив их холодным пивом, замолчал, когда Bиггинс направил оружие на его грудь.
- Попробуй еще раз, парень. Давай, я держу пари. Ты можешь быть богат и собираться стать еще богаче, но пуля плевать хочет на твои деньги.
После этого сотрудник компании сидел в тишине, а через некоторое время заснул, сидя в кресле, все еще держа в руках пиво. Бэнкс начал надеяться, что они дождутся прибытия вертолета в мире, но все надежды были разбиты, когда Bиггинс и МакКелли ушли на обход. Менее чем через минуту он услышал крик Bиггинса.
- Внимание, ребята. У нас гости.
- 15 -
Через несколько секунд после крика, по объекту раздались выстрелы. Буллер вздрогнул и пролил пиво на свою одежду. Он вздрогнул, словно его ударили, когда раздалась еще одна очередь выстрелов.
- Запрись в своем кабинете, - резко сказал Бэнкс. - И не выходи, пока я не скажу, что все в порядке.
Сотрудник компании поспешил уйти. Бэнкс и Хайнд оставили его и направились к источнику выстрелов. Bиггинс и МакКелли стояли на открытой палубе, которая простиралась до места, где они пришвартовали лодку. Они стреляли в скользящую, извивающуюся массу гигантских змей, которые кишели вокруг судна, разрывая его на куски и разбрасывая осколки дерева.
Усилия МакКелли и Bиггинса, похоже, не замедляли атаку, хотя их выстрелы наносили раны, из которых в темноте хлестала черная густая кровь, а воздух наполнялся знакомым едким запахом масла и уксуса.