Она пересекла шумную, запруженную нескончаемым водоворотом людей и машин, невпродых загазованную площадь 1905 года. Прежде чем спуститься в метро, купила аппетитный шоколадный батончик «марс», который, как известно, замечательно поддерживает всякого труженика, особенно журналиста, в течение долгого и полуголодного рабочего дня. Остановившись у киоска, рассеяно поглазела на пестрые обложки глянцевитых модных журналов, кричащие заголовки газет, медоточивые названия любовных бульварных романов. И, забыв обо всем, невольно залюбовалась пронзительными красками вечернего неба, средь которого уже появилась и слезно поблескивала одинокая звезда. Конечно, это была ее звезда. Заветная и негасимая. И что бы ни случилось — она всегда будет так же гореть, сиять в этом прекрасном и загадочном небе. Звезда по имени — Полина.
13
День начался неожиданно удачно. Давно Настя не просыпалась в таком умиротворенном, почти безоблачном настроении. Даже жалкое состояние ее разгромленной, опоганенной квартиры, где до сих пор удалось навести лишь поверхностный порядок, в это утро не подействовало на Настю угнетающе. Пережитый кошмар не забылся, но как бы потускнел в торжествующих лучах июньского солнца, вонзавшихся в полуприкрытое истерзанными портьерами окно. Во дворе стоял неумолкающий птичий гомон. И от этих беззаботных трелей невесть почему становилось легко на душе.
От всего, что случилось за последнее время, впору было если не лишиться рассудка, то всерьез заболеть нервным расстройством. И только бескорыстная помощь Полины и ее друзей спасла Настю от неизбежного срыва. Она не сломалась, но как бы впала в оглушенное душевное оцепенение. Тихая и безучастная, она что-то делала, с кем-то говорила, даже машинально начала новый перевод. Но все происходящее было словно во сне — зыбким, отстраненным, призрачным.
Лишь по прошествии недели Настя вновь начала ощущать прежнее свое единство с окружающим миром. Ее затуманенный взгляд прояснился. Обрывки случайных мыслей постепенно связались воедино. Сердце, бесчувственно похолодевшее в груди, оттаяло и потеплело. В это утро она впервые по-настоящему проснулась к жизни. И настоящее, заваленное никчемными обломками прошлого, уже не казалось ей пустым и бессмысленным.
Наступающий день обещал быть хлопотным. Помимо неотложных хозяйственных дел Насте необходимо было встретиться с Любой, давнишней ее институтской подругой, с которой они дружили уже немало лет, и передать той гостинцы для Зайки.
Узнав о постигшем Настю несчастье, Люба тотчас предложила ей забрать девочку к себе на дачу, чтобы не травмировать Зайку зрелищем их разгромленного жилища.
Предложение пришлось весьма кстати. Тем более, что Любина дача располагалась в замечательно живописном месте и относительно недалеко. Там были лес, речка, простор, уютный маленький домик и веселая компания: Любины дети — Саша и Даша, и шотландская овчарка Герда. Главное же, увидев все собственными глазами, Люба и ее муж деликатно не стали Настю ни о чем расспрашивать, а эта молчаливая поддержка была для нее теперь самым лучшим и необходимым видом помощи.
Примчавшись на следующее утро, ребята на своей машине отвезли Зайку к себе на дачу, где они обычно проводили лето всей семьей. Напуганная происходящим, девочка поначалу наотрез отказалась расставаться с мамой, и только твердое обещание Насти приехать через несколько дней, помогло им расстаться без слез.
Уже через день Зайка освоилась в новой обстановке и, по свидетельству Любы, была совершенно счастлива. Через подругу Настя передавала дочери скромные гостинцы: сладости, фрукты, новую книжку с картинками. Но ее собственный приезд на дачу до поры откладывался, и это было единственное, что омрачало беззаботное настроение Зайки. Но завтра, или в крайнем случае послезавтра, Настя твердо решила к ней приехать.
Кроме того, в этот день на Тверском бульваре она должна была встретиться с Полиной. От этой встречи Настя ожидала многого. Прежде всего, Полина намекнула, что наконец расскажет ей о первых результатах своего расследования, и Настя с волнением ожидала, что это хоть немного прояснит ситуацию. Сама она уже ничего не понимала и с трудом находила в себе силы переносить все новые и новые несчастья. Слава Богу, что нашелся хоть один человек, способный не просто пассивно помочь Насте, но активно выступить на ее защиту. В глубине души Настя осознавала, что вмешательство в это загадочное дело для Полины небезопасно. Но Полина была защищена своей известностью, а кроме того, она была удивительно бесстрашна; и Насте так хотелось надеяться, что с помощью Полины весь ее бесконечный кошмар закончится благополучно для них обеих.