Сюжет осложнялся тем, что после многочисленных и досадно затянувших все дело промахов, полковник Сошников просто не имел больше права на ошибку, о чем ему однозначно дали понять в высоком кабинете с портретом президента России. И, наконец, самое трудное заключалось в том, что ключом к проклятому сейфу был — человек! Не исключено даже, сам ничего об этом не подозревающий…
Тот, кто задумал и блестяще разыграл весь этот виртуозный гамбит, давно гнил в могиле — участь, которую, необходимо признаться, вполне заслужил. Прояснить же сложившуюся на доске неразрешимую комбинацию способны были очень немногие; и этих немногих, увы, по ходу дела оставалось все меньше. Так что комбинация прояснялась лишь частично. Остальное — и самое главное — Аркадий Аркадьевич должен был доделать сам. В чем к настоящему моменту у него наметились и неоспоримые успехи. Недоставало одного — ключа. Вернее, ключей было несколько. Полковнику Сошникову предстояло не ошибиться в выборе.
Удобно устроившись в кресле, Аркадий Аркадьевич задумчиво закурил и рассеянно оглядел разложенные на столе материалы дела. Чего тут только не было: бесчисленные бумаги, документы, фотографии, журналы и газеты, архивные папки, мелкие вещдоки и видеокассеты. Слева, под рукой, удобно располагался кассетный магнитофон, с тщательно подобранными записями, и японский моноблок, на экране которого беззвучно крутилась очередная пленка.
Разумеется, Аркадий Аркадьевич давно уже знал наизусть содержание этих неотрежиссированных фильмов. Как помнил и все бесконечные разговоры на аудиокассетах. Но ясности в деле от этого не прибавилось. Наоборот, неизбежно возникали сомнения и путаница. Необходимо было сосредоточиться и хорошенько подумать. С этой целью он даже удалил из кабинета всех своих подчиненных и распорядился без крайней необходимости его не беспокоить. Однако желанной ясности в голове по-прежнему не было. С мучительной грустью Аркадий Аркадьевич возвращался в мыслях к дочери, думал о жене, которая из-за всей этой мерзости до срока издергалась и постарела. Может быть, все дело в том, что сам он уже почти два года не был в отпуске? Одно отчасти скрашивало безрадостную картину его нынешнего существования: недавно в свободное от работы время полковник Сошников наконец взялся писать давно задуманный детективный роман, который, в случае неблагополучного исхода операции и неотвратимых последствий, намеревался предложить какому-нибудь из многочисленных издательств, тиражирующих подобного рода чтиво. Роман получался как будто неплохо. Беда только — времени не хватало. Зато с каким удовольствием и одобрением помогала жена, набиравшая текст на компьютере и вносившая необходимую правку в его произведение. Эх, если бы у него появилась возможность бросить все и основательно засесть за сочинительскую работу! Аркадий Аркадьевич был уверен, что с его опытом и знаниями он в короткий срок сделал бы себе в литературе имя и, что немаловажно, изрядно поправил бы неустойчивое финансовое положение семьи… Мечты, мечты — где ваша сладость?..
На экране видеомагнитофона в различных мизансценах то и дело появлялся один и тот же человек: средних лет неулыбчивый крепкий мужчина с простым русским лицом и настороженными пронзительными глазами. Вот уже несколько месяцев этот молодчик с блеском подлинного профессионала водил за нос десятки его подчиненных и самого Аркадия Аркадьевича. Он как будто издевался над ними! Чего стоили хотя бы переставленные в туалет подслушивающие устройства! А сколько раз он играючи уходил из поля зрения всевидящих видеокамер или от бдительных глаз наружки! Поистине это был мастер. Матерый и скрытный волк. Самое же досадное состояло в том, что этот опытный хищник не делал ровным счетом ничего подозрительного! Просто гулял в свое удовольствие и наслаждался жизнью. Дело нехитрое, особенно, если звенят в кармане дармовые денежки…
Правда, после своего возвращения в Москву из родных палестин, где он самозабвенно предавался ностальгическим воспоминаниям и тонул в мутных волнах самогона, парень успел снюхаться кое с кем из ближайших людей и охранников некоторых крупных мафиози, но опять-таки не предпринимал никаких действий. Очевидно, предвидя скорый конец своего легкого богатства, заранее зондировал почву насчет работы. Благо многие из его прежних сослуживцев теперь успешно ошивались в этих сомнительных сферах. Туда ему и дорога. Рано или поздно неизбежно получит пулю, которая на каждого из них уже отлита. Если, конечно, не придется до этого разбираться с ним с помощью хладнокровных «мухобоев». А это при нынешнем положении дел могло случиться в любую минуту.