По крайней мере, в одном он был прав: внутри базы было значительно теплее, что стало заметно, как только они вошли в тяжелую металлическую дверь и закрыли ее за собой. Bиггинс пошел, чтобы запереть ее изнутри, но Бэнкс остановил его.
- Оставь, парень. Эти замерзшие ублюдки, похоже, не уважают замки, а наша смена может понадобиться быстро, так что давай не будем усложнять им задачу, а?
Bиггинс, похоже, хотел что-то сказать, но упрек Бэнкса несколькими минутами ранее, по-видимому, заставил его на этот раз проявить большую осторожность, что вполне устраивало Бэнкса. У него не было времени заниматься неподчинением; он был слишком занят своими собственными сомнениями.
Все они спустились на первый этаж. Бэнкс расстегнул верхнюю куртку и поморщился, когда его руки защемило от возвращающегося тепла. Он повернулся к Хайнду.
- Мы зайдем только настолько, насколько это необходимо, чтобы согреться и отдохнуть. Я не хочу, чтобы кто-либо приближался к этой чертовой тарелке. Мы направимся в жилые помещения, выберем уютную теплую комнату и останемся там, пока не прибудет подмога. У нас есть провизия, книги, тепло и свет. Все, что нужно молодому парню.
- Кроме жены сержанта, - ответил Bиггинс, но на этот раз юмор прозвучал неудачно.
Отряд только что видел своих мертвых друзей, стоящих рядом с немецким офицером, и это потрясло всех. Бэнкс отбросил эту картину, как только она пришла ему в голову. Он понял, что запер в себе огромное количество вещей, которые, как он знал, вернутся, чтобы укусить его за задницу в долгие темные ночи, когда они вернутся домой.
Да, ну, это может встать в очередь со всем остальным дерьмом.
Он повел отряд вниз, в недра базы.
- Внутрь, наружу, встряхни все, - пробормотал Bиггинс, но никто не захотел подпевать ему.
В главной жилой камере у подножия лестницы было еще теплее. Светился верхний свет, не белый, как можно было бы ожидать, а того же теплого золотистого цвета, что и в ангаре вокруг тарелки. Бэнкс взглянул на двойную дверь, ведущую в ангар, и почувствовал тягу, желание присоединиться к танцу.
- Dhumna Ort! - пробормотал он.
Он вспомнил, как вставленные в уши беруши приглушили звук, и дал знак остальным последовать его примеру и глубоко всунуть беруши в уши.
- С этими штуками мы будем кричать друг на друга, так что разговоры сведите к минимуму, - сказал он. - Только жесты руками и разговаривайте только если вы действительно нуждаетесь. Понятно?
Хайнд вставил затычки и показал Бэнксу большой палец вверх. Остальные трое последовали его примеру. Бэнкс с облегчением заметил, что желание пробежать через двойную дверь и направиться к ангару теперь исчезло. Он дал команду команде двигаться.
Они быстро осмотрели комнаты, с облегчением обнаружив, что в них не было холодных трупов, и выбрали одну с четырьмя койками, столом и стульями. Бэнкс завел их внутрь, закрыл за ними дверь и дал команду команде занять по койке.
Он сел за стол, внезапно почувствовав себя изможденным. Тяжесть событий предыдущего дня и ночи, проведенной в хижине, давила на него, как тяжелый камень. Он опустил голову на руки и заснул, не успев даже подумать о том, чтобы поставить охрану.
Ему снились звездные просторы и кружащиеся тени, туманные газовые облака размером с галактики, детские комнаты и кладбища самих звезд, а также танцы, потерянные и радостные в ритме черноты.
На этот раз он очнулся, стоя у двери комнаты, с рукой на дверной ручке - именно ощущение холодного металла в ладони вывело его из сна настолько, что он осознал, что происходит. Где-то далеко хор пел на ветру, но теперь, когда он проснулся, он обнаружил, что может бороться с этим.
- Dhumna Ort! - прошептал он, и всякая принудительная сила исчезла из него, рассеявшись так же быстро, как и далекое пение.
Он огляделся. Остальные четверо мужчин спали: Bиггинс громко храпел, Паркер бормотал и стонал, МакКелли лежал наполовину на кровати, наполовину с нее, словно он пытался встать, но потерял всю энергию, а Хайнд лежал лицом вниз и тяжело дышал. Все они, казалось, спали крепко, но Бэнкс не мог не задаться вопросом, если они были тоже где-то в темноте, потерянные в танце.
Он оставил их спать. Он порылся в рюкзаке и достал старый кожаный дневник, ему нужно было что-то, на чем можно было сосредоточиться, чтобы сон и танец не сбили его с пути. Он уже прочитал все, что было написано о природе существа в подводной лодке, но, возможно, в записях было что-то еще, что могло бы помочь ему понять - и, возможно, даже преодолеть - то, с чем они здесь столкнулись. Одно слово, - демон, - привлекло его внимание, когда он просматривал страницы, и он вернулся на несколько страниц назад и начал читать с этого места.